Жил да был злой колдун. Ну как злой… просто целитель, на которого ополчилось все королевство. И вот, однажды, взбрело ему в голову сходить в лес, найти недостающий ингредиент для зелья. Ингредиент он нашел, но умудрился попутно ещё и проблем на «пятую точку» найти.
Авторы: Садыкова Татьяна
Я не стал этого делать, а просто глянул на измученное тело мага и поспешил к друзьям — спасать того, кто мне дорог.
***
Светлело. Ночь стала нехотя отступать, под натиском света, что шел с горизонта. Звезды потухли, заголосили птахи с деревьев, им вторили разбуженные вороны, которые невольно стали зрителями вызова демона.
Кладбищенская земля покрылась изморосью, покосившиеся памятники, которые пострадали в стычке с адептами, перестали тлеть, даже разрушенное надгробие не напоминало о том, что ночью здесь творилось таинство. Перед рассветом все замерло, очистилось от злодейства, что было на этой земле.
Стуча зубами от холода, шмыгая покрасневшим носом и постоянно потирая одеревеневшие ладони, я колдовал над Эдом. Оторвав пуговицу от рукава, я трансфигурировал ее в теплое шерстяное одеяло и закутал в него больного, чтобы не замерз. Хотя, по-моему, мерз один я, отдавая все тепло и целебную энергию молодому дракону.
Алия, что сначала обеспокоенно замерла возле меня, боясь шелохнуться и помешать, давно ушла, вспомнив про свои обязанности дознавательницы. Ярик, резвый оборотень, все также разгуливая в волчьей ипостаси, (как он объяснил, чтобы голышом не мерзнуть), решил ей помочь с переписью адептов, лишь иногда я чувствовал на себе внимательный взгляд. Они волновались, но никто ни о чем меня не спрашивал. Все молчаливо ждали.
Темно-красные кудри потускнели, потеряв свой прежний медовый блеск, бледная посеревшая кожа, через которую, как через полупрозрачный пергамент, были видны голубоватые вены — я долго бился над тем, чтобы вывести из организма ту заразу, которой наградил дракона этот безумец. Ранее прерывистое, трудное дыхание сменилось ровным, спокойным. Синие, потрескавшиеся губы стали просто бледными. Он больше не захлебывался в крови, а черная энергия не пожирала его плоть… Все прошло.
Энергию смерти я полностью нейтрализовал, положив на лечение большую часть своих сил, и поэтому чувствовал себя вялым, сонным и ужасно замерзшим. Голова гудела, глаза слипались, а руки до сих пор тряслись, будто я все еще играл со смертью, спасая своему другу жизнь.
Эди… Эдвард всегда выглядел моложе своих лет — хрупким семнадцатилетним юношей. Да и по меркам сородичей он был детенышем, который только вступил во взрослую жизнь и улетел из своего родового гнезда. Молодой дракон, что на свою беду познакомился с одним любопытным целителем.
Да и имя у него было своеобразное. А все из-за матери, помешанной на рыцарских романах. Конечно же, она была принцессой. У его рода, как мне однажды признался Эд, есть давняя традиция — брать в жены принцесс. И ему, как примерному сыну и продолжателю рода тоже надо будет выкрасть принцессу из замка и сделать ее свой невестой. Но Эдвард не спешил, хотя отец ему в каждый свой приезд подсовывал миниатюрные портретики маленьких миледи. Точно! Когда он поправится, надо познакомить его с Ирен. Надо же помогать друзьям.
Я дотронулся до его темных прядей, убрав их с лица. Он поморщился и нехотя разлепил веки, посмотрев на меня не понимающими глазами.
— Что… что произошло, — с трудом прошептал Эд, растерянно оглядываясь. Попытался приподняться, но, закусив губу от боли, вновь улегся землю.
— Не шевелись, — я поплотнее подоткнул ему одеяло, чтобы не растерять крохи тепла, и, сочувственно улыбаясь, провел рукой по лбу, посылая целебную энергию внутрь организма. Надо бы обновить обезболивающие чары. — Ты все еще серьезно ранен.
Эдвард расслабился, и даже слегка улыбнулся, перестав чувствовать боль. Все же хоть я избавил дракона от губительной энергии, внутреннее поражение организма еще слишком велико. Вообще чудо, что он так быстро очнулся. Да и его превращение в человека… Он сам догадался, что это ослабит воздействие магии смерти?
Заразительно зевнув, рядом с нами устало плюхнулась на землю Алия. Потрепала Эда по волосам и обеспокоенно спросила:
— Как ты?
— Прекрасно, — улыбнулся дракон, лукаво прищурив ярко-зеленые глаза. — Но было бы великолепно, если бы меня поцеловали.
— Негодник, — фыркнула девушка и расцеловала Эда в обе щеки. — Но желание больного для меня — закон.
— Эй! — возмутился я, отодвинув увлекшуюся магиню от своего пациента. — Хватит приставать к больному!
— Он мне жизнь спас, дай хоть поблагодарить! — возмутилась Алия и вновь потянулась к Эду.
— Благодарить будешь, когда он поправится, — прошипел я, с трудом ее отодвигая. Эдвард с любопытством наблюдал за нашей возней, нагло улыбаясь. Конечно, ему смешно наблюдать, как два магистра дерутся у его «постели». — А лучше пошли ему цветы! Или конфеты! Шоколадные!
— Чтобы ты их
