Жил да был злой колдун. Ну как злой… просто целитель, на которого ополчилось все королевство. И вот, однажды, взбрело ему в голову сходить в лес, найти недостающий ингредиент для зелья. Ингредиент он нашел, но умудрился попутно ещё и проблем на «пятую точку» найти.
Авторы: Садыкова Татьяна
леча пальцы, принцесса не погнушалась пройтись по ним каблуками. Из-за того, что у меня нет образца «эксперимента» мне приходиться часами сидеть в библиотеке. И так уже второй день. Может я трусливый и бесхребетный? Но пока воздействовать на Ирен я опасаюсь… Как только мы встречаемся в коридоре, и я заикаюсь о коте, она окидывает меня таким красноречивым взглядом, что я мгновенно теряюсь и чувствую себя ничтожеством, посмевшим прилипнуть к ее подошвам… Может попозже, когда она забудет обиду? Но все же терпение у меня не бесконечное, если ее «обида» затянется, могу разозлиться и забыть об этике, поступив, как разбойник с дороги — просто забрав кота силой.
Но как всегда моим планам не суждено было сбыться. Судьба решила меня окончательно добить, прислав к моим воротам замка новоявленного героя. И ведь он не ленился прийти зимой, в мороз, тащась по сугробам через лес. А я ранее считал, что герои зимой как медведи ложатся в спячку, ведь раньше наплыв сумасшедших был только в теплое время года, а тут такой декабрьский сюрприз.
Герой появился утром, когда я сладко, впервые за несколько дней, спал. Не на столе в лаборатории и не в кресле в библиотеке, а в теплой уютной постели у себя в комнате. Мне снился прекрасный сон, о том, как я забираю кота, а Ирен, обидевшись, добровольно уезжает из замка… как вдруг, меня выдернул из царства Иреля пронзительный звук горна. Я резко сел в постели и непонимающе прочистил себе уши, сонно причмокивая, и держа в руках подушку. Вдруг послышалось? Но герой не унимался. Набрав побольше воздуха в легкие, он с удвоенной силой протрубил в рог. Я прорычал кое-что, что нельзя говорить при дамах и принялся в спешке одеваться, горюя о том, что не смог досмотреть то прекрасное сновидение.
Не дай Великая проснется принцесса, и выйдет поприветствовать героя, а он ее узнает! Мне ведь потом будет проще попросить политического убежища у Настерревиля, чем всем доказывать, что я не виноват. Сотворить иллюзию дракона я тоже не мог — она создавала шумовые эффекты почище горна. Принцесса точно тогда проснется и если увидит дракона, будет хуже. Ей ведь потом не объяснишь, что это простая иллюзия и что она не кусается. Ирен снова начнет зудеть на тему злого колдуна и про мерзкие эксперименты. Так что придется прогонять героя по старинке, взывая к его совести и рассудку; мне надо будет терпеливо выслушать его претензии, а после деликатно отправить домой или в более долгое путешествие… даже, возможно, организовав оное, создав портал в какую-нибудь пакостную местность, полное нежити.
Одевшись, я, ежась от холода, забрался на крепостную стену и посмотрел вниз. Герой, полностью облаченный в доспех, сидя на белоснежном скакуне, готовился к монологу. Он снял шлем, видимо решив, что я захочу полюбоваться его шевелюрой. Воткнул в ближайший сугроб пику, повесил на шею рог, и прокашлялся. Если честно, то я ему даже немного сочувствовал. На улице шел снег и стоял крепкий морозец, а герой был в доспехах. Он точно, наверное, сумасшедший, все мозги в шлеме себе отморозил.
— Колдун, — начал разглагольствовать герой. — Трепещи от ужаса и моли о пощаде, ибо ты сейчас падешь от руки славного сера Аринора Гриворда, великого героя и искоренителя зла! На моем счету уже девятнадцать славных побед! Гордись, исчадье мрака, ты будешь двадцатым!
Я подавил зевок и поплотнее запахнул куртку.
— Уже дрожу и как там, молю о пощаде. Вы закончили? Могу я дальше идти спать?
Лицо рыцаря стало пунцовым, он стал хватать ртом воздух, как рыба, выброшенная на берег и все порывался мне что-то сказать. Но видимо у него был скудный словарный запас, так как он все еще не подобрал нужных слов или особо красочных эпитетов. Если бы попросил моей помощи — я бы с удовольствием подсказал, самые сочные и ядреные, которыми любят ругаться оборотни, наливая новую стопку.
Я с любопытством его рассматривал. Давно я не общался с ненормальными. Давно я лично не выходил к героям. Этот рыцарь должен гордиться, ему тоже выпала такая честь лицезреть меня воочию… тем более меня не было в замке почти два года.
— Вы нагло лжете мне в лицо, — все же крикнул герой, показывая на меня пальцем в латной перчатке. Его конь заржал, соглашаясь со своим хозяином. — Ваш голос не дрожит, я не чувствую вашего уважения ко мне, как к благородному рыцарю! Вы, бездушное, лживое порождение зла!
— Вы тоже привираете, — усмехнулся я. Герои такие забавные пафосные чудики. И откуда они берутся? Но, ей богу, мне так нравиться их злить! — Если вы благородный рыцарь, то где же ваш оруженосец, где ваш штандарт с гербом вотчины?
— Как вы смеете меня обвинять во лжи? Рыцари никогда не лгут! — сер Гриворд возмутился. Я старался не рассмеяться. Ага, а еще рыцари белые,
