Жил да был злой колдун. Ну как злой… просто целитель, на которого ополчилось все королевство. И вот, однажды, взбрело ему в голову сходить в лес, найти недостающий ингредиент для зелья. Ингредиент он нашел, но умудрился попутно ещё и проблем на «пятую точку» найти.
Авторы: Садыкова Татьяна
особа и отворачиваться, словно обиженное дитя?
— Третий этаж, левое крыло… — пискнула домовая, а я с ужасом на нее взглянула. Как она могла предать нашу дружбу?!!! Хотя Настерревиль с ней, главное, почему она отреклась от нашего благородного дела — отбить сей замок у грязи и пыли?!
Послышался легкий хлопок и Никериал исчез с дивана, явно направившись в тот роковой, но уже чистый коридор…
— Я все-таки пойду, — пробормотал паренек, нервно косясь на вход. — Меня заждалась кровать и вообще, я больной, немощный…
Мне, словом, тоже захотелось вмиг очутиться в своей уютной спальне… в шкафу… и возможно закрытым на ключ. Но только я начала стратегически отступать со своим новым союзником к выходу из библиотеки, как за моей спиной раздался подозрительно знакомый, но почему-то до жути пугающий тихий голос:
— Ирен… вы, — я замерла, и, повернувшись, как можно очаровательнее улыбнулась Нику. Все приготовленные слова о том, что уборка для его же блага, выветрились из головы, улыбка увяла, я спряталась за своим бывшим союзником, тем кудрявым пареньком, здраво рассудив, что он будет рад пожертвовать своей жизнью, чтобы принцесса могла убежать. Маг не то чтобы выглядел злым, просто я впервые видела, чтобы у него дергалась бровь, дрожали руки, которые он скрестил на груди, а неровно-обрезанные волосы топорщились в разные стороны больше обычного. Нет, он точно не был зол, он пребывал в бешенстве, но явно сдерживался, чтобы случайно не закричать. — Что делает эта свора мужчин… в моем доме… с тряпками, ведрами и… метлами.
— Очищают сей замок от зла? — робко произнесла я, пятясь со своим новым щитом к выходу. — Ведь грязь — это зло, а не добро, а они так хотели мне помочь в нелегком деле по искоренению зла и я…
И я толкнула вперед свой «щит», прямо на Ника и опрометью кинулась из библиотеки прочь. Последнее, что я услышала, прежде чем выбежать, увернувшись от загребущих ручонок полуголого извращенца, был возглас мага:
— А ну стоять! Я еще с вами не закончил!
Великая… я всегда знала, что роль хозяйки трудна и опасна, особенно, когда она берется за уборку в доме мага, что давно сросся с пылью и паутиной.
Глава 2. Кто ходит в гости по утрам…
«Шоколада много не бывает»
Никериал Ленге
И все же Никериал оказался жутко обидчивым и злопамятным человеком. Он вел себя, словно ворчливый старик и наотрез отказывался не то что принять мои извинения, которые я, усмирив гордость, проговорила ему, сжав зубы, но и будто совершенно не замечал моего присутствия. Я стала для него бесплотным духом… нет, хуже, намного хуже, ведь с Джеком он хоть как-то разговаривал. Ну… кинет в него книгу, назовет надоедливой нежитью и прикажет убираться с глаз его долой, но меня-то маг отказывался замечать! Может мне все же найти эти дурацкие цепи, из-за которых Джек надоедал Нику, пытаясь у мага выпытать, куда он их спрятал, и подкинуть их обидчивому магистру? Вдруг не выдержит и на меня накричит … сделает хоть что-нибудь! Меня просто убивало его молчание.
Ну и какая разница, что я посягнула на его будто святую пыль и паутину и решила в кое-то веке прибраться в этом бедламе, что он зовет творческим беспорядком. Он превратил замок в пыльный склеп и это он еще не ведает про разлагающиеся тела в башне! Да, я решила Нику ничего не говорить про тайные делишки Джека и то, как он обычно развлекается… Если Никериал решил со мной не разговаривать, почему это я должна ему помогать? То же мне… Преосвященство… Пускай знает, что я тоже не жажду с ним общаться. Посмотрим, за кем останется этот раунд.
И все бы ничего, но масла в огонь нашего раздора подливали его друзья, что решили погостить в замке, и видимо, попутно проверить меня на прочность. Ярослав, который, оказывается, страдал от острой формы бессонницы (постоянно бродил ночью по коридорам замка в одних штанах, даже обуви не носил), обожал петь на незнакомом мне языке песни луне, постоянно принюхивался к чему-то, порой даже ходил с закрытыми глазами… О, еще обожал мне надоедать, рассказывая, что по его мнению должна уметь делать настоящая женщина. Судя по словам Ярослава, я должна стать служанкой, верной собачкой или еще лучше — рабыней своего будущего мужа.
А тот паренек, которого, оказывается, звали Эдвардом, словно в пару со своим извращенцем-дружком, решившим свести меня с ума своими выходками, постоянно забирался на крышу одной из самых высоких башен и мог часами там сидеть, кутаясь в шубу, с неподдельной тоской смотря на небо. Так продолжалось несколько дней, пока его оттуда не согнал разозленный Никериал и строго наказал ему не выходить
