Жил да был злой колдун. Ну как злой… просто целитель, на которого ополчилось все королевство. И вот, однажды, взбрело ему в голову сходить в лес, найти недостающий ингредиент для зелья. Ингредиент он нашел, но умудрился попутно ещё и проблем на «пятую точку» найти.
Авторы: Садыкова Татьяна
он словно крестьянин, что обнаружил свою единственную и горячо любимую корову у вора-соседа, двинулся к наглому иллюзионисту, намереваясь осуществить праведную месть. Но Микио почуяв проблемы и поняв, что вновь лежать в госпитале ему что-то не хочется, ринулся от своего горячо любимого главы прочь. Убежал не далеко. Его сдала Алия. Все же прятаться в кабинете у главной чаеманки королевства ему не следовало, особенно, когда оная точит на кое-кого зуб. Председатель так обрадовался подарку из департамента дознавателей (а Алия его не разочаровала: доставила упакованного Микио прямо к кабинету Партара, кокетливо украсив иллюзиониста ленточкой), что он восхвалял оперативность дознавателей целый абзац, из которого я и узнал такие яркие подробности.
К чести Микио надо добавить, что тот долго упирался, молил главу сжалиться и простить его, только лишь бы не отправлять ко мне, сильно опасаясь за свою жизнь, но Партар был не преклонен. И вот сейчас мне приходится чувствовать на себе жестокость Председателя, отправившего ко мне иллюзиониста, легкомысленность Микио, заставившего того обчистить сад главы, мстительность Алии, что сдала мага властям и заботливость Ариана, переживающего за судьбу сестры.
Уныние, тоска, желание лечь на диван, закрыться с головой пледом и предаться страданиям, тайком от Милены лопая шоколад, так завладели моей душой, что я тотчас оправился искать сию сладость, наплевав на все свои проблемы. По моему замку разгуливается сумасшедший иллюзионист? Он такой милый, добрый, сострадательный человек, что сам найдет дорогу к выходу, а если не найдет — ну что ж, резонно, на улице прохладно. Искать кого-то, пытаться вытрясти из него душу… имейте совесть, я эгоист, как бы странно это звучало для целителя, и сейчас я хочу горевать о своей судьбе, закрывшись пледом и поедая шоколад. Пускай Партар подавиться своими яблоками, а Микио быстренько напишет свой отчет и свалит к Настерревилю в подштанники… или где он там любит отдыхать.
Поиски шоколада в своих закромах в лаборатории и спальне ничего не дали, если раньше там и была плитка сего лакомства, то я ее уже давно съел в прошлый приход меланхолии и апатии. Пришлось скрытно спускаться на кухню, в царство Милены, у которой в тайниках всенепременно должен быть шоколад, но вот беда, делиться с хозяином своим сокровищем она не будет, ибо считает, что с дурными привычками нужно бороться, а у меня нет силы воли.
На счет дурных привычек я с ней был согласен, но вот сила воли у меня была, причем большая, я же не убил сразу Микио, я дал ему перед своей смертью нагуляться, подышать свежим воздухом… Вряд ли он уйдет из замка в живых, если я и дальше не получу то, что я хочу, а я желаю шоколад, плед, коньяк, диван и тишину.
Жестоко поглумившись над опусом Председателя по дороге в вотчину Милены, и развеяв его перепел в коридоре, я осторожно заглянул на кухню, в любую секунду ожидая закономерный вопрос домовой, мол, с чего это сиятельный хозяин заявился к ней без предупреждения. К счастью, среди кастрюлек, печи и столов ее не оказалось, и я, уверив в свою удачу, туда вошел, надеясь, что и в кладовой Милены не обнаружится.
Ее там не оказалось, зато сидя на стуле в этом царстве еды и уплетая копченую ногу барана, сидел Ярослав, который на мое появление вяло хмыкнул и отсалютовал окороком:
— Салют, знахарь, тоже проголодался?
Зная о склочности и щепетильности Милены, особенно, когда дело касалось вверенных ей запасов, я слегка удивился, обнаружив оборотня в окружении мясных деликатесов. Он не прятался как мелкий воришка, не вздрагивал от любого шороха, ожидая в любой момент возмездия домовой, а открыто и нагло восседал на табурете! Я мысленно воспел храбрость и мужественность этого смертника и с подозрением принюхался. Мне почудился запах какао, что на мгновение перебил мясной аромат… Такс, но шоколад точно не будет лежать в секции с валенным и копченным мясом, он должен быть где-то за другой дверью…
— Привет, привет, — пробормотал я, ища незаметную дверь, которая должна привести меня к заветному лакомству. — Милена не пробегала часом?
— Красавица? — открыто улыбнулся Ярослав. Я вздрогнул, называть эту бестию красавицей, что попрятала от меня все вкусности? Он, случаем, не болен? — Так-то она совсем недавно спохватилась и куда-то умчалась. Эх, резвая у тебя хозяюшка-то! Как моя Марьянка!
Его жена? Упаси Великая от этой страшной оборонихи! Я ее видел, даже гостил у Ярослава, когда посещал княжество, так что я знаю, о чем говорю. Тиранша, удерживая в стальных рукавицах все хозяйство, внимающая гласу лишь Ярослава, и то, слушая его только тогда, когда дело касалось не ее «царства». «Женщина должна вести хозяйство, воспитывать
