Жил да был злой колдун. Ну как злой… просто целитель, на которого ополчилось все королевство. И вот, однажды, взбрело ему в голову сходить в лес, найти недостающий ингредиент для зелья. Ингредиент он нашел, но умудрился попутно ещё и проблем на «пятую точку» найти.
Авторы: Садыкова Татьяна
переспросил женский голос, раздавшись прямо из зеркала. Мы замерли и посмотрели на отражение Алии, которая сидела в своем излюбленном кресле и попивала ароматный чай из большой фарфоровой кружки. Похоже, она приняла идущий от меня сигнал тогда, когда я кричал на Микио и поняла смысл фразы не так, как следует.
— Алия! — с энтузиазмом воскликнул иллюзионист, радостно лицезрея «грозу департамента дознавателей». — А мы тут разговариваем!
— Я заметила, — усмехнулась дознавательница, внимательно посматривая на нас. Почувствовав, что Микио до сих пор держит меня за предплечье, я недовольно стряхнул с себя его руку и вытолкал мага «с обзора». Не зачем ей смотреть на него, ведь я вызвал ее не для этого.
— Да, разговариваем, — раздраженно проговорил я, отпихивая от зеркала наглого иллюзиониста, а то тот все пытался посмотреть на Алию, как будто не нагляделся на нее Совете. — Беседуем о чае. Кстати, Аль, он утверждает что чай — это гадость, которую придумало человечество, чтобы поить свиней.
Чашка громко треснула и рассыпалась на мелкие осколки, залив чаем весь стол, бумаги, и корсет дознавательницы, лукавая улыбка девушки медленно померкла, а в глазах зажегся опасный огонек. Она, глубоко вдохнув, встала с кресла и, набрав в легкие побольше воздуха, воскликнула, профессионально пародируя яростный рев дракона:
— ЧТО?!!!!
Микио испуганно ухнул и, упав на колени, уполз под стол. Даже у меня перехватило дыхание, затряслись от ужаса поджилки, и зазвенело в ушах от акустического удара. Я не ожидал такого ошеломляющего эффекта… Кошмар, я собственными руками разбудил кровожадного монстра!
— Открывай немедленно портал, — прошипела Алия, ее янтарные глаза полыхали от жажды убийства одного маленького оклеветанного мной иллюзиониста, что сейчас пытался притвориться пятой ножкой стола. — Мне надо кое с кем поговорить.
Я нервно кивнул и отдал мысленный приказ замку открыть портал. У моих ног Микио что-то проскулил на тему того, чтобы я сжалился и убил его сам, что я неблагодарная скотина и его неупокоенный дух будет следовать за мной всю жизнь, чтобы я почувствовал на себе угрызения совести. Но он опоздал — она уже начала мучить меня сама, нашептывая, как я несправедлив, что я не должен допустить убийства, и это жестоко: сначала исцелить, а потом пытаться убить дитя…
Вот так и ждали гостью из столицы — я в смятениях и с угрызениями совести, а Микио под столом пытался притвориться ветошью… Минуты превратились в мучительные часы ожидания. Лабораторию окутало безмолвие: никто из нас не решался нарушить молчание… Мы вздрагивали от любого шороха, скрипа, а часы, которые мерно тикали и обычно успокаивали меня, когда я ложился на диван в раздумьях, стали невыносимо раздражать. Затея, которая казалась гениальной — я считал, что увидев угрозу в виде Алии, иллюзионист сразу же сбежит, — не оправдала надежд и превратилась в катастрофу. Я впервые в своей жизни пытался вспомнить заученные в Силенвиле строки заповедей Элисень и искренне помолиться Богине за упокой наших душ.
Когда с грохотом распахнулась от душевного пинка дверь, чуть не слетев с петель, я вздрогнул и, пошатнувшись, оперся на стол. Держать себя в руках получалось плохо, да я некстати представил, что произойдет, если эта дьяволица узнает, что я: во-первых, ей наврал на счет Микио, а во-вторых, так как магу даже через «зеркальное» общение трудновато привирать, то, следовательно, это я так ужасно думаю о чае, а это в несколько раз хуже…
И тут я понял, что попал… Мне вмиг захотелось залезть под стол к Микио и притвориться шестой ножкой стола. Авось, пронесет…
Алия вошла в лабораторию, грозно нахмурившись и почти мгновенно накалившаяся атмосфера стала давить не хуже надгробной плиты. Она, оглядевшись, целенаправленно направилась ко мне, держа в руке большой чугунный чайник… Колени предательски дрогнули, в горле застрял ком… Я почувствовал себя беззащитным мальчиком, что предстал перед очами своей грозной матери, которая сейчас будет воспитывать свое непутевое дитя. Под столом было подозрительно тихо. Отступать было некуда.
— А-алия… — вернуть голосу уверенность и непринужденный тон оказалось трудно. — Как приятно тебя ув-видеть…
— Где эта сволочь, — прошипела дознавательница, подойдя ко мне на расстояние удара чайником… то есть, на расстояние вытянутой руки. Видно, любезничать со мной она не собиралась, ибо забить Микио в пол как гвоздь ей хотелось сильнее.
Я недоуменно нахмурился и осторожно заглянул под стол, но иллюзиониста, как я и предчувствовал, там не оказалось… По моей спине пробежался холодок, словно старушка смерть провела по хребту лезвием своей
