Жил да был злой колдун. Ну как злой… просто целитель, на которого ополчилось все королевство. И вот, однажды, взбрело ему в голову сходить в лес, найти недостающий ингредиент для зелья. Ингредиент он нашел, но умудрился попутно ещё и проблем на «пятую точку» найти.
Авторы: Садыкова Татьяна
— что когда я умру, вы позаботитесь о нашем чудовище… то есть, коте… И Милене… не оставляйте ее одну. Я верю, что вы справитесь и я…
— Вы к чему говорите о таких страшных вещах?! — перебила меня принцесса и крепко сжала мою ладонь. — Я… вы не можете просто так…
Меня вновь затошнило, и я невольно поморщился, отвернувшись от принцессы. Она внезапно шмыгнула носом. Моя смерть была близка…
Внезапно двери в гостиную громко распахнулись, послышались шаги, и резко раздался чей-то смутно знакомый голос:
— А чего здесь так мрачно? Кто-то умирает?
По моей спине пробежался холодок, сердце сжалось в плохом предчувствии — только не говорите, что в дверях стоит тот, о ком я думаю.
— Ники! — словно в ответ на мой незаданный вопрос закричал на грани фальцета Микио. — Тебе плохо?!
— Ирен, — слабым голосом умирающего проговорил я, взывая к своей сиделке. Принцесса сразу же с готовностью наклонилась, чтобы лучше меня услышать. — Киньте в него чем-нибудь тяжелым. Прошу.
Девушка заметно удивилась, но с готовностью оглядела комнату и взяла в руки кувшин, что стоял подле нее на столике.
— Прощу меня простить, — пискнула она и окатила мага из кувшина колодезной водой.
Иллюзионист даже не успел должным образом отреагировать и защититься от кары королевской особы, и теперь маг ошарашено смотрел на принцессу, то открывая, то закрывая рот, словно хотя что-то сказать, но, не зная что. Вытерев рукавом камзола мокрое лицо, он размазал потекший макияж и теперь выглядел весьма потешно.
Я довольно улыбнулся и показал Ирен большой палец:
— Молодец!
Ирен зарделась и робко улыбнувшись, повернулась к пострадавшему:
— Вы в порядке?
— Пострадал мой макияж, — волшебник горестно смотрел на грязные рукава, — и камзол. Гордость, к сожалению, вам задеть не удалось, потому что ее уже втоптали в грязь. И это был не Ники и даже не вы, миледи, а наглая чокнутая чаеман…
— Я его забираю! — в дверях показалось новое действующее лицо. Я даже не удивился, увидев на пороге «ужас департамента дознавателей».
Алия быстро пересекла гостиную и собственнически положила ладонь на плечо слегка сжавшемуся магу. У Микио было такое обреченное выражение лица, что я на миг ему посочувствовал, хотя потом, припомнив его грехи, злорадно усмехнулся: «Так тебе и надо, синеволосая моль».
— Забираешь? — переспросил я, не веря своему счастью. Я не ослышался, и она добровольно забирает это недоразумение с собой?
— Да!
-Точно?
— Конечно, — на губах магнессы расплылась кровожадная улыбка.
— А ты не врешь?
— Ники, — вздохнула она, — что за странные вопросы.
— Ну смотри… Обмену и возврату данный субъект не принадлежит… Точно забираешь?
На меня укоризненно посмотрели покупатель и сам товар. Точнее не товар — за него же денег не требуют, значит — подарок. Какая ирония: никогда бы не подумал, что Микио может стать чьим-то подарком.
— Слушал и слушал бы тебя, Алия, — счастливо улыбнулся я. — Ты моя благодетельница.
Самочувствие и настроение после сакральных слов магнессы взлетели вверх. Микио уезжает! Богиня, ты смилостивилась над своим горемычным сыном и я этого не забуду — как только они уедут, от души помолюсь и пожертвую в храм пару золотых. А потом напьюсь и объемся шоколадом. Да, хороший план.
— Никакая я не благодетельница, — отказалась от моего комплимента девушка и гордо произнесла. — Я — хозяйка, а он — мой раб.
— Раб?
Микио стоял понурив головой. Богиня, я не верю своим глазам! Алия укротила этого неугомонного и вила из него веревки? Что же между ними произошло, пока я летал на драконе, попутно обнаружив в себе боязнь высоты и слабый вестибулярный аппарат.
— Нет, — решительно мотнул головой я и поднял вверх указательный палец. — Ты не благодетельница, а святая!
Я даже в порыве счастья сел и чуть не расцеловал магнессу, но быстро опомнился, побоявшись, что Алия из вредности может его оставить. Так что не нужно было так сильно показывать свои истинные чувства.
— Но как же… — вклинилась в наш разговор Ирен. — Магистр Микио же член Совета магов и…
— … и вы окатили его водой из кувшина, — продолжил за нее иллюзионист, став загибать пальцы, — испортили дорогой камзол, угрожали зарезать кинжалом и пошатнули доселе незыблемые представления о принцессах. Хотя по сравнению с неким целителем ваши преступления не так страшны, а вот чтобы перечислить его злодеяния мне даже не хватит пальцев, — он горестно вздохнул. — Виселица по нему плачет, а вы! — Микио резко повернулся к дрогнувшей Ирен и громогласно закончил. — А вас — в монастырь!
— За что? — испугалась принцесса, словно
