Трилогия «Счастье для всех» в одном томе.Антон Васильев — человек войны. Для него ситуация вечного боя, что для рыбы — вода. Он владеет всеми видами оружия. Он умело обходит хитроумные ловушки и сам расставляет их ничуть не хуже. Все тонкости диверсионно-разведывательной работы отлично известны ему по прошлым войнам.
Авторы: Колентьев Алексей Сергеевич
распылив это живое и мертвое на молекулы. Оборудовав себе НП в полукилометре от места закладки и затащив туда же засланного казачка, Иван стукнул в микрофон два раза, доложив о готовности. В городе постреливали, но до очагов активности было не менее двух кварталов. Сканер показывал активные радиопереговоры в пяти разных точках города, ни один из них к нашим позициям не приближался.
Стукнув легонько ногтем пальца о микрофон, я вызвал Крота, давая команду на начало минирования позиций снайперов. Павлу я велел оставаться на месте, препоручив уснувшую Марину заботам второго белоруса, пришедшего по моей команде на чердак. Шпиона оставлять одного надолго было нельзя, поэтому когда я приполз к нему в полнопрофильный окоп, сооруженный им на пару с Кротом, то внимательно осмотрел взрывную машинку и провода: все было на месте.
Через два часа Крот доложил о готовности и приполз ко мне. Плоская морда подрывника светилась: человек был вне себя от радости, развесив целую паутину из взрывоопасных «игрушек» по лестничным клеткам. Также он проделал с помощью «резинки» два внушительных сквозных тоннеля в полах и потолках девятиэтажек. Теперь после первого выстрела пристегнутые тросами снайперы должны были просто скатиться в дыру с восьмого и шестого этажей соответственно, до того как их накроет ответный подавляющий огонь противника, если так получится. Я хлопнул по плечу минера, мы снова пожали друг другу руки.
Я провел перекличку, все подтвердили присутствие на позициях. Братья прикрывали снайперов, разместившись на чердаке пятиэтажной «хрущевки», откуда прекрасно перекрывались подходы к снайперским позициям, приготовив подствольники и разложив «Мухи», чтобы сразу пальнуть, если кто сунется.
Пашу я повел окольной тропой к облюбованной «фишке», откуда был виден вход в подземелье. Марину разбудили, и теперь она была уже под присмотром братьев. Оставалось только ждать.
На рассвете я отправил пакетный сигнал о готовности к началу штурма. Паша ни о чем не догадывался и тихо сидел, поглядывая по сторонам. Я велел ему выйти к двери, бросить шарик из смоченного кровью бинта в сторожевую аномалию и возвращаться. Автомат и амуницию приказал оставить, чтобы потом он смог быстро прибежать обратно. Я заклинил затвор его автомата и выудил из его РД все гранаты и хитро пристроенный метательный нож. Ловушка сожрала Пашину кровь, и тот со всех ног припустил ко мне. Запыхавшись, он зевнул тот момент, когда я дал ему по морде, вырубив на пару минут. Обыскал. Так и есть: в правом кармашке разгрузки обнаружилась мини-радиостанция. Радиус приличный: он мог гарантированно закладывать нас и оставаться незамеченным: его сигнал был синхронизирован с рабочей частотой группы и при обнаружении напоминал радиопомехи, которые сканер обычно пропускал. Я вынул нож из чехла на плече, разрядил и прибрал Пашин «Форт». Теперь оставалось подождать, когда шпик очухается, и сделать ему очень заманчивое предложение. Своим же я сообщил о пятиминутной готовности, подтвердив нейтрализацию шпиона и активность сторожевых устройств охранного периметра сектантов. Я разложил «Муху», прицелился и выстрелил в дверь. Грохнуло не сильно: кумулятивная струя прожгла стальную обшивку двери, которую через мгновение вышибло наружу возвратной ударной волной. Я отбросил использованную трубу в сторону. «Бандеровец» пришел в себя и лихорадочно пытался передернуть затвор «сто третьего».
— Брось, Паша, ничего не выйдет. У тебя есть отсюда два пути. Первый — ты лезешь в тоннель и выманиваешь сектантов сюда. Потом бежишь в сторону наших позиций через минное поле. Если добежишь, я тебя отпущу. Второй путь — попытаться меня убить. Времени мало, поэтому я тебя просто пристрелю. — Я повел в его сторону стволом АПБ. — Но умрешь ты не сразу, мне все еще нужна приманка. В тоннель ты так и так полезешь, если захочешь быстро умереть или попытаться спастись. Выбирай.
Облизнув пересохшие губы и убедившись, что ножа в секретном кармашке нет, Паша начал торговаться:
— А если я все расскажу сектантам, сдамся?
— Не, это не прокатит. Тебя грохнут, даже если ты им все расскажешь. А может, и для опытов заберут. Думаю, что хрен редьки не слаще. К тому же, я уже сказал: не успеешь. Короче, считаю до одного…
— Ладно! Но смотри, ты обещал…
— Я помню, Паша, помню. Спускайся в тоннель, родной, не вздумай юлить. Достану.
Шпик убрал в кобуру разряженный пистолет и рысью побежал к темному проему в скале. Через какое-то время послышались вопли и знакомый стрекот автоматов «девятки». А через пару мгновений Паша, как пробка, вылетел на поверхность и побежал в мою сторону. Видимо, он надеялся вывести сектантов на меня, прикинув, что в компании погибать веселее. Я
