Трилогия «Счастье для всех» в одном томе.Антон Васильев — человек войны. Для него ситуация вечного боя, что для рыбы — вода. Он владеет всеми видами оружия. Он умело обходит хитроумные ловушки и сам расставляет их ничуть не хуже. Все тонкости диверсионно-разведывательной работы отлично известны ему по прошлым войнам.
Авторы: Колентьев Алексей Сергеевич
на меня. — Стоить все вместе будет две тысячи рублей…
— Тысяча пятьсот, — парировал я.
— Тысяча девятсот двадцать, — не сдался оружейный барон.
— Тысяча шестьсот, больше не дам, — подыграл я.
— Тысяча восемьсот, и только для такого ценителя, как вы, — отбил подачу торговец.
— Тысяча шестьсот пятьдесят, и закончим на этом, мне еще ствол пристреливать, — подал я «крученого».
— Тысяча семьсот, и мы в расчете. Вы меня почти ограбили, — сдался торговец.
— По рукам, Михаил Анатольевич. Давайте произведем трансакцию.
Улыбка поневоле наползала на мою физиономию. Оружейник тоже повеселел. Видимо, процесс торга — это нечто вроде спорта, правда, я не сильно в нем силен, но все же приятно, когда доброе дело тебе ничего не стоит.
«Калаш» оказался новым, со складным, а не пластиковым рамочным прикладом. Что самое приятное, в комплекте был съемный резиновый затыльник на приклад. В придачу полагался фирменный подсумок с набором сезонных смазок и полевым набором для чистки.
Установка коллиматора и пристрелка автомата и «стечкина» заняли еще около двух часов. Минут сорок отняла подгонка снаряжения.
В заключение я поинтересовался о насущном — запасных источниках питания для прицела и ПДА, и узнал об еще одном чуде Зоны.
— О, молодой человек, электричество вообще и батарейки в частности — сущая чепуховина, — просветил меня Михаил Анатольевич. — У нас это не проблема: никто не знает, как это происходит, но элементы питания не разряжаются надолго. Выключаются, конечно, когда должен заряд кончиться. Но проходит минуты три и — оп! Они таки снова как новенькие. И вообще… поменьше удивляйтесь и будьте осторожны: здесь все иначе, чем за тем смешным забором, из-за которого вы прибыли… Если все будет так, как я думаю, то заборы никому не помогут и уж точно не остановят того, что находится там, — оружейник кивнул неопределенно куда-то мне за спину, — в глубине Зоны. И полуразумные твари, и аномалии — не самое опасное, что может там поджидать.
— А что? — я задал глупый вопрос, но иногда от них трудно удержаться.
Оружейник ответил неожиданно серьезно:
— То, что каждый приносит с собой, но… Зона понимает человека так, как сама захочет. Или просто смотрит в нас глубже, чем мы отваживаемся заглянуть… Впрочем, сами поймете, если проживете достаточно долго для этого. До встречи, молодой человек, надеюсь, что она состоится.
Я уже собрался уходить, когда оружейник снова подал голос.
— Вот еще что! — Он хлопнул себя по лбу в притворном жесте забывчивости. — Вам же нужен сканер радиочастот? Ну, чтобы избежать неприятных встреч или, напротив, пообщаться с друзьями… Так, чтобы вас никто посторонний не слышал?
Цвирня выжидательно посмотрел мне в глаза. Торговец говорил дело, сканер — вещь полезная. Поинтересоваться, что он мне предложит, что ли?
— Что вы можете предложить?
Михаил Анатольевич хитро прищурился:
— Это наша местная разработка; чип встраивается в ПДА, наушник почти незаметен, можно синхронизировать его с детектором аномалий. Тангента имеет четыре положения: «прием», «передача», «сканирование радиодиапазона», «сканирование агрессивных сред». Свои переговоры идут в диапазоне УКВ, сообщите код тем, кому доверяете, а остальные слышать не будут.
— Хорошо, беру. И извините: торговаться мне уже некогда. Сколько?
Торговец не был разочарован и, как человек, привыкший ценить свое и чужое время, кругами ходить не стал:
— Три сотни за чип, семьдесят за калибровку. На установку и подгонку понадобится двадцать минут.
— Согласен. И повторюсь: с вами приятно вести дела, Михаил Анатольевич.
…Я вышел из бункера в несколько смятенных чувствах, но о принятом решении поехать на Украину не жалел. Совсем лишним ощущал я себя в том мире, что остался за «смешным забором», как выразился Михаил Анатольевич. «Мирная» жизнь каждый день била меня наотмашь своими реалиями, с которыми трудно, почти невозможно смириться человеку, воевавшему то там, то сям без малого десять лет…
Я вдохнул сырой, совсем уже осенний воздух, прислушался: определенно я был там, где надо. Меня окружали знакомые и такие родные запахи костра, оружейной смазки, пропитки обмундирования. В отдалении слышался знакомый стрекот коротких очередей «калаша», оттеняемый звуками тренькающей гитары и негромкими голосами старателей. Впервые за последние полгода пришло ощущение твердой почвы под ногами: тут я знал многое и, если выживу, узнаю еще больше. Видимо, правы те, кто говорит, что у каждого человека есть свое место в жизни… может, для меня это оно и есть. Попробуем. Как в пословице: коль не убьет, то сделает сильнее.
Подошел Серый, завязался
