Трилогия «Счастье для всех» в одном томе.Антон Васильев — человек войны. Для него ситуация вечного боя, что для рыбы — вода. Он владеет всеми видами оружия. Он умело обходит хитроумные ловушки и сам расставляет их ничуть не хуже. Все тонкости диверсионно-разведывательной работы отлично известны ему по прошлым войнам.
Авторы: Колентьев Алексей Сергеевич
и лишний свет мне был ни к чему. Функция голосовой связи у этой штуки отсутствовала, можно было только печатать.
Сообщение гласило: «Ник-Ник, отзовись. Что с конвоем?» Автором данного письма был пассажир под именем Попович. Надо ответить гражданину. «Ник-Ник мертв, я шел с ним. Ухожу от погони группы, напавшей на конвой».
Некоторое время экран наладонника был темен. Новое сообщение пришло лишь минуту спустя: «Ты — Антон?».
Хе! Меня, оказывается, знают по имени.
«Да».
На сей раз ответа пришлось дожидаться чуть дольше.
«Ник-Ник с тобой ничего перед смертью не передавал? Там должна была посылочка быть для меня».
Это интересно, но вот стоит ли этому гражданину так все выкладывать? С другой стороны, есть ли у меня выбор? Нужно подстраховаться. Нехорошая улыбка снова помимо воли тронула губы.
«Контейнер у меня. Я его прикопал, сам иду налегке».
Ответ пришлось ждать минут пять. Видимо, я расстроил приятеля Ник-Ника своей предусмотрительностью. КПК опять пискнул, пришло новое послание: «ГДЕ?»
Хе-хе! Действует, однако.
«Я помню где, при случае даже показать смогу. Но мне нужно за периметр, и желательно не по старой схеме. Вас с Ник-Ником кто-то просчитал. Если это не ты, конечно, подлянку подстроил. Я скоро с тобой свяжусь. Отбой».
Так, вариантов дальнейшего развития событий несколько, и все не очень для меня хорошие: грохнут в любом случае, только, может, быстро, может, помучают. Если этот футляр Поповичу так необходим, меня могут принять уже за периметром и узнают, где я его прячу, так или иначе. Рифмочка, однако… Это не к добру. Самому не раз и не два приходилось допрашивать пленных, знаю, как это бывает. Нужно быть реалистом: шансов выдержать форсированный допрос нет.
Единственно возможное сейчас — потребовать личной встречи. Бесконтактно обменяться координатами, назначить встречу на нейтральной территории и устроить обмен. Сведения и контейнер махнуть на снаряжение, которое мне обещал Ник-Ник. В любом случае грохнут, пусть и не сразу — я им ни с какого боку не нужен. Назад податься?.. Можно. И повоевать напоследок — тоже вариант неплохой, только стоило ли тогда в такую даль забираться?..
Ожил КПК, снова послание, но на этот раз какое-то странное: «Погиб Толик Арбацкий, „спираль“, Темная долина».
Кто этот Арбацкий, почему мне скинули — непонятно. КПК снова принял сообщение, на этот раз от Поповича: «Антон, я тебя понимаю, верить мне не прошу. Отдай контейнер, получишь все, что тебе обещал Ник-Ник, и я сверху добавлю. Слово честного торговца».
И не проси, мужик, все равно не поверю. Как вам это понравится? «Честный торговец»! Это что-то с чем-то, как людоед, перекрестившийся в вегетарианцы. Диковинка, одним словом.
— …А я бы не спешил с выводами, — голос раздался слева, метрах в десяти. — Бывают и чес…
Договорить я подкравшемуся человеку не дал: влепил очередь в пять патронов на голос и, бросив КПК, откатился вправо, за ствол дерева. М4 не подвел — машинка не захлебнулась, затвор не заело. И, по идее, я даже попал, но…
— Честные торговцы, говорю, тоже бывают… особенно у нас, в Зоне, — продолжил голос как ни в чем не бывало. — Ты хорошо стреляешь, в Зоне это сильно поможет… В большинстве случаев. Не пали больше. Выйди, поговорим.
Обладатель голоса наконец показался. Среднего роста парень в комбинезоне, чем-то напоминающем армейские БЗК. Но это только на первый взгляд: черная, некамуфлированная ткань отчетливо выделялась на фоне лесной зелени. Не очень практично, если ходить днем — видно издалека. Современного разгрузочного жилета нет, вместо него — древний по нынешним временам, еще афганских времен «лифчик», какие, по рассказам, шили из рюкзаков и парашютных ранцев тогдашние солдаты. В принципе ничего особенного, может быть, парень просто любитель старины. Поверх самопальной разгрузки на грудь незнакомца свешивались гофрированные брезентовые шланги, увенчанные обкусанным резиновым загубником. Это знакомо, такие есть у аппарата дыхания замкнутого цикла, их используют пожарные, учитывая специфику Зоны, где вполне можно надышаться всякой дрянью.
Образ опытного бродяги дополнял надвинутый на глаза капюшон, тоже самопалом пришитый к костюму не просто для красоты: говорят, тут часто идут радиоактивные дожди, потому без панамки на улицу не выйдешь. Линялый островерхий клобук надвинут на самые глаза, виден был только острый нос и безбородое лицо. Из того, что удалось разглядеть, выходило, что парень явно молодой. Щетины не видать, кожа бледная, хотя темно уже…
Автомат незнакомец подчеркнуто держал на ремне так, что оружие свешивалось до земли. Мимоходом я отметил, что это потертый укороченный «калаш», АКСУ,
