Говорят, под новый год, что ни пожелаешь… Нет, начнем, пожалуй, не с этого. Меня зовут Женя, но немногочисленные друзья зовут меня Харон. У меня циничный взгляд на жизнь, язык без костей и абсолютная неприязнь к любым проявлениям веселья и праздникам. И да, забыла сказать самое главное — я патологоанатом. И по сему, к дедушке Морозу у меня сейчас возникает только один конкретный вопрос… Это ж когда я себе в подарок на Новый Год оживший труп пожелать-то умудрилась, а?
Авторы: Кувайкова Анна Александровна, Созонова Юлия Валерьевна
Мало ли у нас моргов в городе, найду куда устроиться! Вон, в бюро судмедэкспертизы пойду, буду Сову и Опухшего Винни терроризировать…
— Вот скажи мне, Жмур, — третий вздох вышел совсем уж безрадостным. Жмур на это подобрался, внимательно на меня поглядывая. — Обращаться к близким нельзя, опасно. Обращаться к ментам, да простит меня бравая охрана правопорядка, опасно. Суровые дяди непрозрачно намекнули на наличие связей. Выяснять врут они чи ни опытным путём мне не хочется… А делать что-то надо. Вот только что?
Вопрос был насущным. И требовал срочного гениального решения. Но, то ли меня били по голове слишком уж сильно, то ли ещё по какой-то неизвестной мне причине, мой мозг категорично отказывался давать хоть какие-то варианты. Он предпочёл впасть в анабиоз, помахать на прощание платочком и выдать вердикт, что по мою чёрную душу пришёл толстый, полярный, пушистый…
Да нет, не писец. Цунгцванг пришёл. Тот самый, который хоть как поверни, хоть что сделай, а лучше от этого не станет. Только размер ямы, в которую падать будешь, при случае значительно увеличится!
Чертыхнувшись, залпом допила чай и отставила кружку в сторону, нервно постукивая пальцами по столешнице. И повторяя про себя, как мантру «Думай голова, думай! Чепчик куплю! Розовый! В рюшечках!». А когда и это волшебное заклинание не сработала, просто улеглась на стол, спрятав лицо в ладонях и простонав глухо:
— Кто-нибудь, отправьте меня в Изумрудный город! Даже чучело смогло получить там мозги, вдруг и мне отвалиться?! И хватит ржать, Жмурик! Лучше б помог… Хоть чем-нибудь!
То, что последняя фраза прозвучала зря, я поняла сразу. Как только мо вяло сопротивляющееся величество оттащили с кухни в комнату и на диван уложили, в который уже раз укутав в плед. Ещё и сопели в процессе недовольно и выразительно, пытаясь достучаться до давно канувшей в лету совести. К сожалению зомбика, та на стук не откликнулась…
К моему сожалению, самого зомбика это ну ни капли не расстроило и не остановилось. Жмур просто уложил меня и показал кулак, недвусмысленно намекая на тот самый, будь он трижды проклят, постельный режим. А сам скрылся в ванной, прихватив полотенце и халат.
Теперь обижаться настала уже моя очередь. И просверлив недовольным взглядом мужскую широкую спину, скрывшуюся за дверью из светлого дерева, я расстроено шмыгнула носом, уткнувшись в край одеяла. У меня тут, понимаешь ли, жизнь на кону стоит, а эту заразу ожившую на водные процедуры потянуло!
И как мне теперь думать-то, не подскажите, случаем?!
Фыркнув недовольно, осторожно перевернулась на спину, закрыв рукою глаза и принявшись рассуждать вслух:
— Как говорят бравые товарищи травматологи, а сотрудники отряда мужчин особой нежности дружно им вторят… Коли в сердце дверь закрыта, нужно стучаться в печень и другие, нижерасположенные органы. Говоря проще, коли не могу обратиться к близким друзьям и добыть информацию через них, то стоит вспомнить бурные студенческие годы и не менее бурные, хоть и более жуткие дежурства в родном и таком любимом морге.
Осторожно проведя кончиками пальцев по образовавшейся на носу горбинке, вздохнула и продолжила бормотать себе под нос:
— Если память меня не подводит… А она клялась и божилась, что больше таких казусов случиться не должно. У добрых мальчиков Винни и Совы был некий друг, боевой товарищ по бурному, преступному прошлому. И товарищ этот бил себя пяткой в грудь, уверяя, что ему по силам взломать сам Пентагон. Это он конечно не подумав брякнул, после третьей рюмки чистого спирта… Но грехи в области компьютерных технологий за ним водились… Так что прежде, чем окончательно решать, что делать и как быть, не плохо будет разжиться хоть какими-то данными на тех отставших в развитии рэкетиров…Хорошо ещё пейджерами не пользовались, а то этого бы моя бедная психика уже не пережила… Ни в жизнь!
Хоть как-то определившись с планами на дальнейшую жизнь, я почувствовала себя значительно лучше и веселее. А увлёкшись решением вопросов в духе старого, доброго Гамлета и его вечного «Быть или не быть?» я не заметила ни Жмурика, стоящего в дверях и хмуро на меня поглядывающего, ни незнакомой трели чьего-то телефона, ни того, что меня со страшной силой вдруг потянуло в сон.
И подмяв под себя подушку, я позволила себе скатиться в дрёму, только улыбнувшись благодарно, когда кое-кто поправил мне одеяло и ласково взъерошил волосы на затылке. В груди расцвело тепло и такое простое, тихое счастье, согревающее меня изнутри.
Оно, счастье в смысле, почему-то (вот бы ещё знать почему!) появлялось только рядом с этим несчастным ожившим мертвецом…
Смысл фразы «Штирлиц как
