принял обманчиво расслабленную позу, не забывая «буравить» меня изучающим взглядом.
— Шишио, «кровавый мечник», «жрец войны». — Хриплым голосом произнес мой противник.
— Какудзу, «демон скрытого водопада»… извини, других твоих имен не помню, да если честно, они мне и не интересны. — Пальцами правой руки, крепче сжимаю рукоять «Рельсы», и чувствую как меч в ответ на мои эмоции, начинает нетерпеливо нагреваться.
— я должен быть польщен тем, что живая легенда обратила на меня свое внимание? — Какудзу даже не шевельнулся, но вокруг него начала скапливаться аура силы.
— хм-м, даже не думал что мои жертвы могут считать честью гибель от моей руки. — Растягиваю губы в самодовольной улыбке, одновременно активируя глаза.
— я сказал не это. — Хмыкнул человек, на равных сражавшийся сразу и с Хаширамой Сенджу, и с Мадарой Учиха.
— главное не то, что ты сказал, а то, что подразумевал. — От самодовольства в голосе, даже мне самому стало немного противно.
— прежде чем мы начнем… почему я?
— ты овладел пятью первичными стихиями, и разработал собственную технику боя… и это не упоминая огромных запасов чакры, которых хватило бы не самому сильному демону. Кроме того: мы с тобой пошли весьма похожими путями получения силы.
— да ну? — В голосе собеседника послышалось удивление и легкая заинтересованность.
— скажем так: одно сердце хорошо, два еще лучше, а три, вообще прекрасно.
— понятно. — Мужчина еще раз окинул меня взглядом, и кивнул собственным мыслям. — Начнем пожалуй.
Не сложив ни одной ручной печати, не произнеся ни единого слова «активатора», Какудзу выпустил в меня струю рыжего пламени, принявшего форму извивающейся змеи. Взмахнув мечом, и выпустив с клинка «серп ветра», разрубаю технику противника, заставляя ее «расплескаться» безобидными искрами. Однако, своей цели атака достигла, (позволила жертве скрыться из поля зрения).
В следующую секунду, «аурой огня», блокирую «водяного дракона», который после соприкосновения с защитой, превратился в горячий пар. Тут же приходится отскакивать в сторону, так как в то место где я стоял, была направлена ярко белая молния, просто переполненная вложенной в нее энергией. После взрыва, на земле осталась воронка с оплавленными краями, тут же начавшая заполняться водой, оставшейся после применения второго «водяного дракона».
Размахнувшись, швыряю «Рельсу», напитанную чакрой молнии, в сторону силуэта, мелькнувшего на периферии зрения. Тут же складываю серию из пяти ручных печатей, и с хлопком перемещаюсь к своему мечу, на навершии рукояти которого нанесена печать «маяк». По всей видимости, Какудзу не ожидал подобного маневра, а потому уклонившись от клинка, оставил его за спиной.
Согнув пальцы на манер когтей грифона, создаю вокруг них «когти ветра», и наношу удар в спину резко отпрыгнувшего противника. Плодом моих усилий, стал распоротый плащ, но не единой капли крови, пока что не было пролито.
И тут моя жертва немало меня удивила: лохмотья оставшиеся от одежды были сброшены на землю, а моему взгляду предстал обнаженный торс, к которому крепилось четыре белых маски. Затем, тело Какудзу расползлось на черные нити, разделившиеся на пять равных частей, каждая из которых имела свою собственную голову.
— я в шоке. — Говорю абсолютно честно, (даже боевая ярость отступила).
— ты был прав, когда сказал, что наши пути получения силы похожи. — Произнесла голова Какудзу, в то время как маски, при помощи толстых черных нитей, неспешно меня окружали. — Но между нами есть и различия: я пошел гораздо дальше ради того, что бы стать сильнее, и теперь даже ты для меня не угроза. Гордись Шишио, это моя истинная форма, и ты первый кто ее увидел.
Четыре маски начали открывать пасти, а я в этот момент швырнул «Рельсу», в клубок черных нитей, на вершине которого виднелась голова Какудзу. Руки стремительно сложили серию печатей, и в ту секунду когда струя огня, поток воды, порыв ветра и шаровая молния ударили в одну точку, мое тело с едва слышимым хлопком, переместилось к вонзившемуся в землю клинку.
Едва коснувшись ногами земли, смыкаю пальцы обеих рук на рукояти, и наношу резкий удар параллельно земле, перерубая несколько потянувшихся ко мне нитей. На том месте, куда пришелся удар четырех стихий, образовалась неровная яма, наполовину заполненная мутной жижей.
Левой рукой складываю несколько печатей, и вливаю весь запас чакры из «сердца жизни» в единственную технику. Тут же из земли начали расти деревья, ветви которых беспорядочно хлестали по воздуху, иногда попадая по клубкам нитей, (что впрочем не причиняло заметного ущерба). Однако, это была лишь часть задумки, причем не самая важная, и ее
