Зима в Эдеме

от ее собственной воли. Ею руководили не просто какие-то внутренние силы, заставляющие делать наперекор. Энге всегда была добра к ней и никогда не обижала ее – хотя она совсем немного знала о Дочерях Жизни, и тем более не проявляла почти никакого интереса к ним. Но она твердо знала, что пора прекращать убийства. Их было достаточно. И было очевидно, что все коварные помыслы Вайнти подразумевали смерть.
– Мы пойдем дальше. Мы не вернемся назад. Это распоряжение командира, отданное пассажиру.
Потом она повернулась и пошла прочь, подчеркивая своей хромотой чувства удовольствия и превосходства, которые выражались в каждом ее движении.
Вайнти была неподвижна от гнева, бессилие парализовало ее. Она не командовала здесь и не командовала нигде, это глухим эхом отозвалось в ней – она даже не могла применить силу. Члены экипажа не допустят этого. Она замкнулась, пытаясь побороть гнев внутри себя. Надо руководствоваться логикой, должен победить холодный ум. И нужно было смириться с тем, что в этот момент абсолютно ничего невозможно было сделать. Энге и ее последовательницы на какое-то время скрылись от нее. Но это не имело никакого значения. Рано или поздно, они снова встретятся, и справедливость непременно восторжествует. К сожалению, сейчас никоим образом невозможно было повлиять на командира урукето. Все это были пустяки, которым не стоило придавать особого значения. О чем ей следовало сейчас подумать, это о городе Месекей на берегу реки и о важных делах, которыми ей надо было заняться. Если она собиралась достичь своих целей, то ей нужен был продуманный план, а не безрассудный гнев. Впервые за всю свою жизнь она держала свой гнев в узде и удивлялась новому приливу сил благодаря этому. Устузоу, который все это сделал, нарушил ее спокойствие и обратил ее в существо, требующее восстановления справедливости. Керрик и его устузоу сделали ее такой. Это невозможно забыть. В дальнейшем она будет постоянно сдерживать свой гнев, что бы там ни было. Пока не придет время. Ненависть, хранимая как сокровище, оставалась ненавистью, становясь все сильнее, прячась в глубине ее существа. И однажды она будет выпущена на волю. Подумав об этом, она расслабилась, и тело ее стало снова прежним. Она огляделась вокруг и обнаружила, что она одна. Эрефнаис была внутри плавника с членами экипажа, занятыми своими делами, остальные находились в коматозном состоянии и спали. Вайнти посмотрела на то место, где спали Энге и ее подруги. Теперь эта свободная территория не значила ничего для нее. Это снова были просто спальные места. Она опять удержала свое тело и эмоции под контролем. Позади в темноте почувствовалось какое-то движение, и она совершенно ясно могла слышать звуки, указывающие на желание пообщаться. Только теперь она вспомнила о присутствии здесь толстой ученой с самцом. Она подошла к ним.
– Помоги беззащитному существу мужского пола, о великая Вайнти, – умолял пленник, корчась от боли, потому что Акотолп держала его мертвой хваткой.
– Я знаю вас по ханале, – сказала Вайнти, удивляясь нытью этого существа. – Ты – Эсетта, Который поет, не так ли?
– Вайнти – значит «всегда первая», так как она помнит имена всех, от самых ничтожных, до самых великих. Но теперь жалкий Эсетта плачет, потому что ему теперь не о чем петь. Это большое существо, которое сейчас держит меня, вызволило меня сквозь дым и смрад, от которых было больно дышать, чуть не утопило меня, когда мы приближались к урукето, и теперь держит меня в своих железных тисках, что причиняет мне невыносимую боль. Я умоляю, поговори с ней, попроси ее, чтобы она отпустила меня, пока не онемела совсем моя рука.
– Почему ты не умер? – спросила Вайнти с присущим ей грубым беспристрастием.
Эсетта отшатнулся и завизжал:
– О великая Вайнти, почему ты хочешь, чтобы такой несчастный, как я, умер?
– Я не хочу, просто все остальные умерли. Храбрые йиланы из Альпесака. Выброшенные своим мертвым городом для того, чтобы умереть вместе с ним.
Даже когда она говорила, Вайнти почувствовала, как на нее накатывается всесокрушающая волна страха. Они умерли, а она – нет. Почему? Она сказала Сталлан, что это случилось из-за их ненависти к устузоу. Разве не так? Неужели этой причины было достаточно, чтобы остаться в живых, когда другие умерли? Она смотрела на Акотолп в тот момент, когда эти темные мысли охватили ее, и только в первый раз поняла, что сейчас испытывает ученая.
Сомневающаяся – В Жизни Избегающая Смерти – Акотолп работала во многих городах, поэтому у нее не было разрушающей жизнь привязанности к какому-нибудь единственному городу. Но она была ученой и знала, что в результате отторжения смерть наступает немедленно. Вот из-за чего в ней происходила суровая борьба. Усилием