Зима в Эдеме

кровью. Но животное, которое его ело, не было похоже ни на одно из тех, которых он видел раньше. Оно было высоким, худым, голова была спрятана внутри туловища убитого оленя. Потом оно выпрямилось, отрывая от туши кусок мяса. Окровавленная голова и клюв, пристальный взгляд – это какой-то мараг! Нет, это была птица. Ростом она была выше его, ноги были толще, и крошечные крылья. Он, должно быть, зашевелился, потому что она увидела его, уронила кусок мяса, издала отвратительный крик и захлопала крыльями. Он бросил копье и поднял лук, натянул тетиву и пустил стрелу.
И промахнулся. Птица стояла на том же месте, она все еще кричала, когда он взял копье и медленно стал отступать под покров деревьев. У него было достаточно времени, чтобы найти и убить одного из этих животных в другой день. Когда птица скрылась из виду, он повернул и быстро пошел через лес к берегу.
Их паукарут был уже установлен, и Калалек сидел на земле напротив него на солнце; карта йилан лежала у него на коленях. Он улыбнулся, когда увидел Керрика, и помахал ему картой.
– Тут что-то есть, и скоро я пойму это. Я уже много знаю. Ты видишь вот это, зеленое; знаешь, что это? Это океан. Скоро я все пойму.
Армун вышла из палатки, когда услышала, что они разговаривают. И Керрик рассказал ей о том, как ходил в лес и что видел там огромную птицу.
– Это новая земля, и нам предстоит узнать много нового, – сказала она с неизменной практичностью. – Я тоже должна пойти и увидеть это своими глазами. Там должны быть растения и цветы, о которых ты ничего не знаешь. В лесу всегда есть еда, если ты знаешь, где ее искать.
– Это опасно. Не ходи одна. Мы должны идти вместе.
Выражение ее лица изменилось, когда он это сказал, и она взяла Керрика за руку, как будто это могло удержать его на месте.
– Они только и ждали наш иккергак, чтобы он прибыл до того, как они отправятся на север за уларуаком. Некоторые мужчины и подростки не идут. Для них это очень важное дело, которым они занимаются.
Керрик посмотрел на ее угрюмое лицо и увидел страх в ее глазах.
– В чем дело?
– Они хотят, чтобы ты пошел с ними.
– Но я не хочу.
– Они уверены, что тебе будет приятно, если они тебя об этом попросят. Это великая честь, и они надеются, что ты согласишься. Но я не хочу, чтобы ты оставлял меня одну.
Он понимал ее чувства: перед этим у них была долгая разлука. Он попытался переубедить ее и в то же время самого себя.
– Это займет немного времена; это все равно, что пойти на охоту. Вот увидишь.
После недавнего путешествия у Керрика не было никакого желания снова выходить в море. Но он никак не мог этого избежать. Мальчишки смотрели на него с завистью, женщины похлопывали его, когда он проходил мимо, потому что считалось, что хороший знак – дотронуться до того, кто впервые выходит в море на охоту за уларуаком. Оставшаяся часть дня была посвящена подготовке иккергаков, а большая часть ночи прошла в радостном и праздничном поедании мяса, потому что все знали: скоро у них будут запасы свежего мяса, когда все вернутся с охоты.
Они ушли утром, а Армун стояла внутри паукарута не в состоянии видеть, как он уходил от нее снова. Она вышла, когда маленькая флотилия была уже едва видна на горизонте.
Они плыли на север, и Калалек счел необходимым сообщить Керрику, зачем они туда идут.
– Лед. Мы плывем по льдам, там есть уларуаки.
Керрик с трудом понимал, почему эти животные водятся именно на севере, во льдах, так как Калалек употреблял слова, которых он до сих пор никогда не слышал. Он знал, что надо дождаться, когда они прибудут туда, чтобы самому все понять.
Они пробыли в море много дней, когда наконец появилась белая линия льда. Было много шума и волнения, когда они приближались, и перед ними возвышалась ледяная стена. Волны разбивались о нее, а в волнах была видна темная масса, которая свешивалась со льда.
– Кункулек, – сказал Калалек и почесал живот. – Уларуак идет сюда, чтобы их съесть. А мы пойдем и съедим его. Как смешно!
Когда они повернули и пошли за ледником, Керрик мог видеть, что кункулеком были зеленые водоросли огромной длины. Одним концом они прикреплялись ко льду, а другой конец уходил в море. Ранее он ничего подобного не видел. И тут его осенило. Уларуак приходит сюда, чтобы поесть кункулек, а парамутаны следят за этим. Он посмотрел вперед в надежде увидеть это животное, которое пасется на этих холодных северных «пастбищах».
Керрик невольно поддался азарту охоты. Иккергаки повернули на запад и пошли вдоль ледяной стены. Когда они подплыли к айсбергу, который раскололся на отдельные куски, они растянулись в одну линию, чтобы обследовать все ледяные горы и каналы, образовавшиеся между ними. Но не поодиночке. Это были групповые усилия, и постоянно все иккергаки