Зима в Эдеме

– Вайнти оценила честность Меликеле, даже допуская недостаток ее знаний. Она была уверена в своих силах; знала, когда можно положиться на других. – Ты знаешь, где ты должна нас ждать?
– Да, на берегах желтой петляющей реки. – Она подняла и показала все пальцы обеих рук. – Это будет по счету десятый лагерь после этого, и я буду помнить счет дням.
– Будь все время начеку. Устузоу очень коварное животное, которое приходит, чтобы убивать. Будь готова к различным капканам и ловушкам. Вспомни, как они нападали на нас, когда мы были на острове, а потом за ночь, когда шел сильный дождь, исчезли. На этот раз они не должны ускользнуть снова. Мы должны найти их и убить. Но все время помни об опасности, иначе мы сами умрем.
– Есть самим или быть съеденными, – угрюмо сказала Меликеле, затем сложила руки замком и выразила бесконечную агрессию.
– Мой аппетит очень велик!
– Хорошо сказано. Встретимся через десять дней. Вайнти вонзила когти в бока животного-горы. Оно зарычало и зашипело от злости и пустилось вперед. Меликеле вернулась к своей работе. Когда разобрали все защитные сооружения, уруктопа быстро нагрузили. Фарги были готовы: оружие они держали в руках, когда она делала последнюю проверку. В течение этого долгого похода Меликеле выделила тех, кто обладал умственными способностями или способностью хорошо говорить.
Это вселяло в нее уверенность, что на каждом уруктопе будет хотя бы по одной фарги, способной следить за порядком. Все припасы были уложены в определенных местах. Все было так, как тому и следовало быть. Меликеле быстро прошла, переваливаясь, к ведущему уруктопу, забралась на него и подала сигнал таракасту, чтобы тот шел впереди. Вайнти дала ей одного, чтобы она ехала верхом на нем, но Меликеле не умела им управлять. Это нисколько не огорчало ее. У нее была обязанность вести за собой остальных и выполнять приказы Вайнти, и она была чрезвычайно счастлива в этой роли. По ее сигналу отряд выступил в поход.
Уруктоп продвигался медленно, но уверенно на своих сильных мускулистых восьми ногах. Они не отличались быстротой передвижения, но зато могли идти без отдыха от рассвета до заката. У них почти отсутствовал интеллект, и, если бы им не приказали остановиться, они шли бы, пока не умерли. Меликеле знала об этом и следила за здоровьем этих могучих животных. В конце дня их приводили к озеру или молодым зеленым деревьям, чтобы они могли наесться и напиться. В самом начале похода она обнаружила, что тяжелые ногти на задней паре ног имели склонность ломаться, а затем совсем отрываться. Если это случалось, то ступня постоянно кровоточила, пока несчастное животное не теряло сил и не умирало. С разрешения Вайнти, она выбрала двух лучших фарги, которые учились у Акатолп искусству лечения и заживления ран. Однако каждую ночь она сама проверяла уруктопов.
День прошел, как и другие, в постоянной спешке и движении. Таракаст сначала бежал то с одной, то с другой стороны, а затем побежал впереди всех. Скучный пейзаж тянулся вдоль всего пути. В полдень внезапно разразился ливень, заставив их остановиться, но яркое интенсивное солнце вырвалось из-за облаков и вскоре высушило и обогрело их. Солнце теперь было спереди них, приближаясь к горизонту, когда они подошли к группе таракастов, стоявших у ручья. Земля была ровной, там и тут были разбросаны кустарники. Было ясно, что перед этим здесь стояла лагерем большая группа. Это было удачно выбранное место. С общего согласия Меликеле дала знак, чтобы разбить здесь лагерь.
Строго следуя ее приказам, животных для верховой езды по очереди напоили и отвели на пастбище. За таракастами надо было следить, чтобы они не убежали; уруктопы никуда никогда не убегали. Их даже приходилось заставлять есть, и после этого они ели, пока их не останавливали. Они были невероятно тупы. После того, как лагерь окружили виноградными лозами, фарги сами принялись за еду, но это было лишь после того как пришло последнее животное и когда последние виноградные лозы были уложены на место.
Ночью стало холодно, и все фарги спали в своих плащах. Меликеле тоже закуталась в плащ, когда померк последний луч света. К тому времени на виноградных лозах уже появились шипы. Она ждала некоторое время с удовлетворением наблюдая, как ядовитые шипы поднимаются вверх, и зная, что день кончился, что средства защиты в порядке. На этом ее работа была завершена. Только после этого она легла, укутавшись в плащ, довольная тем, что она безупречно выполнила все указания великой Вайнти. Меликеле закрыла глаза и тут же погрузилась в сон.
Вокруг нее, в окружении ядовитых шипов лоз, были животные, производящие свет, и хесотсаны, готовые в любой момент к стрельбе в случае малейшей тревоги. Фарги тоже спали. Некоторые таракасты