Зима в Эдеме

была предметом его вечной ненависти. Она была там, создавала план уничтожения тану, саску и всех устузоу в мире. Он покинул город, и йиланы угрожали этому городу, пока он должен был найти Армун. Итак, это он сделал. Они снова были вместе и все в безопасности. А могли бы они быть вообще в безопасности? Нет, пока Вайнти жива, пока она живет своей ненавистью. Они вернутся в город. Назад к йиланам и хесотсанам, в мир устузоу и мургу, в мир борьбы, которой нет конца. Нет конца борьбе, которая не даст разрушить саммады.
Армун посмотрела на него, и его мысли передались ей. Так как он думал словами мургу, его телодвижения отзывались эхом на каждое слово; его лицо искажалось гримасами и становилось все угрюмее.
Они вернутся назад.
Но к чему?

Когда урукето покинул гавань Йебейска, Амбаласи приказала плыть на запад, прямо в открытое море. Это был самый кратчайший и быстрый путь, чтобы исчезнуть из поля зрения, если бы за ними наблюдали с материка. Элем забралась на верхушку плавника и увидела, что ученая была уже там и смотрела на темные очертания энтеесанта, плывшего рядом с ними. Элем издала вежливый звук, чтобы привлечь к себе внимание:
– Я никогда не командовала урукето, только служила на борту. Есть проблемы…
– Реши их, – твердо сказала Амбаласи, показывая движениями конец беседе. – Кто сейчас у руля?
– Омал, йилан с утонченным умом, которая быстро все усваивает.
– Я же говорила, что ты можешь командовать. Теперь посмотрим карты.
Когда они покинули нижнюю часть плавника, то прошли мимо Омал, которая стояла, прижав руки к узелкам нервных окончаний, с помощью которых управляли урукето. Она сквозь прозрачный диск смотрела на море. Перед ней сидела серо-розовая птица, которая смотрела в ту же сторону. Амбаласи остановилась и большими пальцами провела по перьям этой птицы, та отозвалась в ответ.
– Новый компас, – объяснила Элем, – намного лучше прежних.
– Да, конечно. Это мое изобретение. Точный, надежный, и к тому же хороший компаньон в длительных путешествиях. Если сразу же его установить в правильном направлении, он будет указывать путь, пока не умрет.
– Я никогда не понимала…
– Я понимала. Намагниченные частицы в любой части черепа. Где карты?
– Здесь.
Несмотря на то, что освещение было слабым, стоило лишь отвернуть край карты, как она ярко засияла под темно-пурпурным пятном на теле урукето.
– Этот чертеж сделан в огромном масштабе, – сказала Элем. – Здесь Энтобан, а если пересечь океан, то здесь будет Гендаши.
– А эти цветные разводы?
– Эти вот, изображенные холодными красками, небесные ветры, которые проносятся через атмосферу, как огромные реки. В тропиках они усиливаются, потому что солнце нагревает воздух, потом они движутся на север и на юг и находятся под влиянием вращения планеты. Мне это чрезвычайно важно в моих исследовательских работах, но для практической навигации вот эти теплые оранжевые и красные разводы показывают океанические течения, которые ведут нас.
– Объяснение – в деталях.
– Прелесть скитаний. Сейчас мы вот здесь, к западу от Йебейска. Согласно твоим инструкциям мы продолжаем плыть на запад, пока не стемнеет. Тогда мы будем где-то здесь, в этом красном течении, идущем на юг. Оно будет нести нас всю ночь. Затем на рассвете мы будем держать курс к месту нашего назначения. Точность – плавания; желание – знание места нашего назначения.
– Сейчас неопределенно. Покажите мне, что вы будете делать, если это Гендаши.
– Страсть к перечислению. В Гендаши мы должны следовать по этому течению, так как оно направляется на юг и на запад, к середине океана. Это наиболее интересная территория, богатая флорой и фауной. Когда мы доберемся до этого места, мы выберем нужное течение, чтобы приплыть к месту назначения. То, что нам нужно, протекает здесь мимо Аксехента к зеленым землям, расположенным за ним.
Амбаласи внимательно изучала карту, глядя на Йебейск, потом ее правый глаз передвинулся через океан к Гендаши.
– Вопрос. Мы плывем в огромную арку на юго-западе к середине океана, потом еще одна арка на северо-западе, где место нашего