Зима в Эдеме

Мне нужны в помощь сильные руки.
– Просьба о помощи – готовы помочь. – Энге посмотрела на своих слушательниц. – Кто хочет помочь Амбаласи?
Если Энге и стремилась помочь, то ее желание не было разделено Дочерьми. Они явно были недовольны, что им помешали, и у них не было желания заниматься тяжелым трудом вместо трудной философии. Ни одна из них не сдвинулась с места. Энге была смущена, но не разгневана их отказом.
– Я, очевидно, плохой учитель, – сказала она. – Угуненапса учила нас, что жизнь – одна для всех; значит, все йиланы равны, и просьба, о помощи должна расцениваться, как просьба о жизни. – Ода повернулась к Амбаласи и выразила покорность. – Я поспешу на помощь к тебе.
Ее ученицы сразу же забыли про обиду и бросились вперед, чтобы продемонстрировать свое понимание и сострадание.
– Если бы не Энге, то вы ничем не отличались бы от глупых фарги, – сказала Амбаласи недовольно. – Мне нужно пятерых из вас, чтобы донести семена и посадить. – Она критически окинула их взглядом с головы до ног – многие из них были слишком худыми. Она выбрала самых сильных и отослала вместе со своей помощницей за грузом.
– Прости их, – сказала Энге. – В поисках знаний они забыли про ежедневный труд.
– Пустая трата времени. Пойдем со мной: мне надо кое-что обсудить с тобой.
– С удовольствием повинуюсь твоим желаниям.
– Ты в самом деле очень искренняя. Но ты одинока, Энге, одинока. Я никогда не пыталась работать с существами, которые не хотят выполнять приказаний, как твои Дочери Усталости.
Энге выразила понимание и извинения.
– Этому есть причина, так же как и всему есть причина. Удовольствие общения и совместного открытия без гонения за убеждения – это сильная смесь. Очень трудно спуститься с высот научных размышлений и погрузиться в глубины ручного труда.
– Возможно, но это необходимо. Чтобы есть, мы должны трудиться. Я хочу, чтобы ты это объяснила всем очень убедительно. Разве Угуненапса ничего об этом не говорила?
– Никогда!
– Для всех нас было бы лучше, если бы она упомянула об этом. Теперь подойди поближе к берегу и посмотри туда. Ты когда-нибудь видела там полуостров?
– Кажется, нет, – сказала Энге, всматриваясь туда, куда стремительно неслась река. Этот остров был низким и ровным, как и все острова в устье. Амбаласи делала жесты неудовольствия, потом указала на урукето:
– С верхушки плавника можно увидеть лучше. Так как на этом диком берегу не было пристани, урукето заставляли двигаться сквозь грязь канала, подкармливая его свежей рыбой. Теперь, когда он был сыт, он погрузил свою голову в расчищенное им от грязи пространство. Йиланы осторожно ступили на его скользкую от грязи спину и затем забрались на передний плавник. Круглый, навыкате, глаз урукето медленно вращался, когда они плыли, но это была единственная ответная реакция этого существа. Они скрюченными большими пальцами держались за грубую кожу урукето и поднимались к самой вершине плавника. Энге старалась двигаться медленнее, чтобы старая ученая не отставала от нее.
– Временами… я же сама жалею, что решилась уйти из Йебейска, – сказала Амбаласи, тяжело дыша. – Но никакое жертвоприношение не сравнится с любым достижением в науке. Мы с тобой знаем, но этого не понимают твои последователи.
Энге не ответила, даже не подала знака согласия, несмотря на уважаемый возраст Амбаласи и ее интеллект – и зная из опыта, что если что-то было достигнуто, лучше было бы с ней согласиться.
Амбаласи сделала глубокий вдох, посмотрела по сторонам и выразила недовольство; снова глубоко вздохнула, чтобы легче было говорить.
– Посмотри туда – ты можешь сделать это прямо отсюда – на этот остров, на это зеленое пятнышко.
С этой высоты узкая полоска земли, которая была их городом, просматривалась очень хорошо. Вся растительность была желтой и увядшей, за исключением зеленой линии вдали.
– Стена колючего кустарника, – сказала довольная Амбаласи – это был первый знак удовольствия, который она подала в этот день. – Грибковая инфекция уничтожила весь остальной растительный мир – не стоит и говорить о том, что колючки действуют на иммунитет; и животные сбежали или умерли из-за недостатка питания. Это как раз подходящее время для нашей экологии, чтобы восстановить природную.
– Ты посадишь семя города, и он вырастет высоким и сильным. – Энге выразила огромное удовольствие, которое тотчас же пропало, когда у Амбаласи начался приступ гнева.
– Конец интеллекта, конец разума. Я сделала несколько тщетных попыток, чтобы изучить твою абсурдную философию. Неужели тебя надо сильно упрашивать, чтобы ты уделила внимание и поняла наиболее основные факты биологических наук? Почему мы живем в таком дискомфорте на