Зимние костры

а теперь отправился, чтобы привезти на праздник родичей. Эти же… – Он показал на отдыхавших в стойлах коней. – ..Эти принадлежат Ансельму Хаардраду, только что прибывшему вместе с семьей. Лучшего коня, чем этот, в жизни еще не видел, – продолжая растирать вороного скакуна, добавил он.
– Уж это точно, – с готовностью согласилась девушка, с жадной тоской оглядывая грациозное животное Очевидно, жеребец только что пробежал большое расстояние.
– Хозяин привез его с собой. Говорит, отыскал в Хедебю. Должно быть, немалых денежек стоил!
Бренна кивнула, но мыслями уже унеслась далеко. Так значит, Гаррик уже вернулся с Ансельмом. Несомненно, там и Хьюг, это грубое животное, осмелившееся лапать ее при всех!
Девушка, нахмурившись, подошла к двери конюшни и невесело уставилась на каменный дом. Сколько у нее остается времени? Ищут ли ее уже или Гаррику и в голову не пришло, что пленница может ослушаться приказа? Да и стоит ли вообще задумываться о такой, как она? Он ведь ясно дал понять, что не испытывает к Бренне ни малейшего интереса, что она для него ненужное бремя, досадная помеха. Даже Ярмилла подтвердила, что Гаррику она не понравилась. Что ж, так даже лучше. Теперь главное – держаться от него подальше и не привлекать внимания других.
Бренна медленно вернулась к старику.
– Как тебя зовут? – спросила она раба, по-прежнему не отходившего от коня.
– Эрин Макки.
– Эрин, ты знаешь такую девушку Джейни? – осведомилась она с легкой улыбкой.
– Знаю. Хорошенькая тихая мышка.
– Где я могу ее найти? Джейни заботилась обо мне все то время, что меня держали взаперти, но я оказалась неблагодарной и теперь хотела бы извиниться.
– Тебя держали взаперти? – полюбопытствовал старик. – А, так значит, ты та самая, о которой столько болтают? Новая…
– Да, – поспешно прервала Бренна чтобы не слышать ненавистного слова «рабыня».
– Теперь тебя освободили?
– Наконец-то, – кивнула Бренна. – Ну так ты мне скажешь, где Джейни?
– Должно быть, в большом доме. Теперь она будет занята день и ночь, прислуживая гостям на пиру.
– О пир. Я и забыла, – нахмурилась Бренна. – И долго он будет продолжаться?
– Да уж не один день, – дружелюбно улыбнулся Эрин.
– Что?!
– Да, – хмыкнул старик, – роду Хаардрадов есть что праздновать! Хозяин вернулся богатым человеком, семья вновь объединилась, родственники встретились – так что для праздника причин хоть отбавляй!
Гримаса отвращения перекосила лицо девушки. Значит, все это время ей придется скрываться? Но почему Гаррик не хочет, чтобы ее видели?
– Можно мне помочь тебе, Эрин? – умоляюще попросила она.
– Нет, это мужская работа. Бренна не осмелилась спорить.
– А ты разве можешь управляться с лошадьми? – Старик поднял брови.
– Конечно! И не хуже тебя, могу поклясться, – тихо продолжала она. – Когда я жила дома, то каждый день ездила верхом… по полям, через ручьи и каменные стены и в лес… Какой свободной чувствовала я себя тогда… – Бренна помолчала, глядя на старика с невыразимой печалью. – Если я буду работать с тобой в конюшне, ты позволишь мне ездить верхом?
– Да, девочка. Ничто не доставит мне большего удовольствия. Но ты должна получить разрешение у хозяина, иначе я ничего не смогу сделать.
– Тогда я поговорю с ним.
– Лучше подожди, пока гости не разъедутся. Хозяин, должно быть, уже выпил немало и наверняка не вспомнит ни твоей просьбы, ни своего ответа.
Бренна, конечно, предпочла бы поскорее покончить с делом, но, скорее всего, Эрин прав.
– Так тому и быть. Я подожду.
– Советую тебе, девушка, держаться подальше от холла, пока не разойдутся гости. Не годится, чтобы тебя увидели.
Серые глаза сверкнули любопытством. Сначала Гаррик приказал ей оставаться в маленькой комнате, теперь старик предостерег, чтобы она не лезла на глаза.
– Но почему? Что во мне такого?
– Бренна, ты девушка красивая, а эти викинги – народ похотливый и всегда высматривают красоток вроде тебя. Хозяин не задумываясь отдаст любую рабыню на ночь тому, кто попросит. Да его друзьям и разрешения не требуется, в округе все знают гостеприимство хозяина.
– Ты, должно быть, шутишь! – воскликнула Бренна.
– Чистая правда, девочка. На одном особенно шумном пиру бедняжку растянули на полу холла перед всеми, а остальные наблюдали.
Глаза Бренны широко распахнулись, в серебристых озерах застыло отвращение.
– И Гаррик позволил такое? – усомнилась она.
– Сам он таких развлечений не любит и наверняка вмешался бы, да только к тому времени допился до того, что уже ничего не соображал. Говорят, положил голову на стол и