Маленький городок на севере Висконсина скован смертельным страхом: впервые за много лет здесь произошло зверское убийство. Кто-то проник в дом Лакортов и раскроил череп главе семьи, затем застрелил его жену и дочь-подростка, причем девочку перед смертью пытал. А после этого предал дом огню.
Авторы: Сэндфорд Джон
сбить их со следа на несколько дней, он все узнает. И детали, без них не обойтись. Без фотографии его ни в чем не смогут заподозрить, но необходимо выиграть время.
В кухне зазвонил телефон.
Лукас игнорировал его и услышал, как включился автоответчик. «Нужно взять трубку», — подумал он, повернулся на бок и посмотрел на зеленые цифры часов на тумбочке. Девять пятнадцать.
Четыре часа он пролежал без сна, забываясь лишь на несколько минут. Воздух в доме был прохладным, скорее даже холодным, пришлось натянуть одеяло почти до ушей. Телефон снова прозвонил два раза, а потом включился автоответчик. Впрочем, на другом конце молчали. Затем трубку повесили.
Через минуту телефон вновь прозвонил дважды. Рассерженный Лукас хотел было встать, но трель смолкла, а через мгновение он вновь услышал два звонка. Потеряв терпение, он встал с постели, накинул на плечи плед, вышел в коридор, решительно направился на кухню и свирепо посмотрел на телефон.
Прошло десять секунд. Аппарат зазвонил снова, и Лукас сорвал трубку.
— Ну? — прорычал он.
— Ага, я так и думала, что ты спишь, — с удовлетворением сказала монахиня. — Кстати, у тебя есть сообщение на автоответчике.
Лукас посмотрел на устройство, мигающее красным огоньком.
— Я сейчас отморожу себе все, — проворчал он. — Не могла бы ты…
— Сообщение не от меня. Я знаю, что ты получил его: твой автоответчик включается после двух гудков, а обычно это происходит только после четвертого или пятого сигнала.
— Откуда ты знаешь этот телефон?
— Секретарь шерифа дала, — ответила Элла. — Она рассказала мне о том, что случилось прошлой ночью и как ты стал телохранителем доктора, очень привлекательной дамы. Кстати, ты в порядке?
— Элла, — нетерпеливо сказал Лукас. — Твой голос полон самодовольства. Сомневаюсь, что ты позвонила для того, чтобы посплетничать.
— Меня сегодня целый день не будет дома, а мне нужно поговорить с тобой, — ответила она. — Я нашла пару друзей Бергена. И мне не хотелось оставлять сообщение на автоответчике.
— Что они говорят?
— Оба утверждают, что в присутствии женщин он смущался и у них нет сомнений, что его не интересуют мужчины.
— Они уверены?
«Вот черт», — подумал Лукас.
— Да. Один даже рассмеялся, когда я задала ему такой вопрос. Бергена нельзя назвать категорическим противником гомосексуализма, но геев он не любит. И это не попытка скрыть истинные интересы, если ты собирался задать такой вопрос.
Лукас пожевал нижнюю губу.
— Хорошо, я тебе очень благодарен.
— Лукас, эти люди знают, о чем говорят, — продолжала монахиня. — Один из них был духовником Бергена в колледже. Он бы не стал со мной говорить, если бы вопрос гомосексуализма возник во время исповедей. Значит, это исключено.
— Ладно, — вздохнул Лукас. — Проклятье, это все усложняет.
— Извини. Ты вернешься на следующей неделе? — спросила Элла.
— Если закончу здесь.
— Тогда мы встретимся и поиграем. Кстати, в офисе шерифа происходит что-то серьезное. Ни у кого не нашлось времени со мной поговорить, и это как-то связано с пропавшим ребенком.
— О господи, — выдохнул Лукас. — Элла, я позвоню тебе позже.
Он повесил трубку, начал набирать номер шерифа, но тут его внимание привлек мигающий глазок автоответчика, и он нажал на кнопку.
— Дэвенпорт, черт побери, где ты? — послышался из динамика голос Карра. — Мы нашли мальчика Мюллеров. Он мертв, и это не несчастный случай. Я посылаю человека, чтобы он разбудил тебя. — Перед тем как повесить трубку, Карр обратился к кому-то из полицейских: — Попроси Джина съездить к дому Уэзер Каркиннен.
Снаружи послышался шум мотора. Лукас двумя пальцами отодвинул штору, свисающую до подоконника, и выглянул в окно. На подъездной дорожке стоял внедорожник шерифа. Лукас поспешил в спальню Уэзер. Дверь была незаперта, и он заглянул внутрь. Доктор спала, свернувшись под пуховым одеялом. Она казалась маленькой и невинной.
— Уэзер, вставай.
— Что? — Она повернулась на бок и сонно посмотрела на него.
— Нашли мальчика Мюллеров, он мертв, — сказал Лукас. — Я уезжаю.
Уэзер моментально проснулась, села и отбросила одеяло в сторону. На ней была фланелевая ночная рубашка с длинными рукавами.
— Я с тобой.
— Но у тебя операция.
— Со мной все будет в порядке, нескольких часов сна мне вполне достаточно.
— Но ты не должна…
— Лукас, я коронер округа, — возразила она. — Мне в любом случае необходимо там быть.
Волосы у нее торчали во все стороны, лицо
