Зимняя роза

— Лорд Толбот очень занят, сэр. Он не может принять вас.
— Но это очень важно!
— Сожалею, сэр. — Больше Чарли не добавил ни слова.
Эвери повернулся и, понурив плечи, пошел прочь. Его ноги внезапно ослабли, и он прислонился к колесу карсты, заново переживая события последних дней. Если бы он только мог рассказать обо всем лорду Толботу!.. Он был уверен, что его светлость поймет и поможет ему, по крайней мере деньгами, а может быть, даже и лошадь подарит.
Эвери поднял голову и осторожно прикоснулся к разбитой брови. У него не было сил, да и желания, идти в Мобри или куда-то еще. Наверное, ему суждено умереть, ведь нет ни еды, ни лошади. Что он может сделать? Его лишили всего имущества, не осталось ни семьи, ни друзей, и нет никакого шанса поговорить с его светлостью. Надеяться больше не на что.
Внезапно его взгляд упал на покрытое ковром багажное отделение кареты, и новая мысль осенила его. Здесь достаточно места, чтобы уместиться человеку. Он здесь спрячется! И может быть, ему даже удастся излить свои жалобы лорду Толботу, после того как тот покончит со своими делами.
Эвери украдкой огляделся. Кучер сидел на своем месте, не обращая на него никакого внимания. Два лакея болтали, стоя поодаль; посмеявшись над его видом, они уже забыли о нем. Никто не смотрел в его сторону. Это, возможно, единственный шанс, и он будет дураком, если не воспользуется им.

По мере того как экипаж с Клаудией и Стюартом и сопровождающая их карета лорда Сакстона приближались к цели, местность вокруг становилась все пустыннее.
Со стороны моря дул холодный сырой ветер. Далеко внизу волны разбивались о высокий гранитный утес и рассыпались на множество брызг, образуя белую пену. За голой каменистой громадой и находились развалины древней крепости.
Именно к этому полуразрушенному сооружению и подъехали обе кареты. Таннер остановил лошадей, не доезжая сотни ярдов до ворот, и развернул их в обратную сторону, чтобы в случае опасности сразу тронуться с места. Карета же лорда Толбота, не останавливаясь, проследовала прямо к крепости. Лошади с трудом преодолели крутой склон, затем миновали вымощенный ров и оказались на широком внутреннем дворе. Копыта лошадей зацокали по булыжнику, и возница закричал, возвещая о прибытии гостей.
Двор был почти весь завален обломками некогда величавых стен. Прямо на карету глядели бойницы сторожевой башни, от которой остались лишь первые два этажа. В центре темной массой громоздились развалины дома, а чуть поодаль находились прилично сохранившиеся казармы и конюшня.
На крик возницы в дверях казармы показался Алан Паркер. Увидев знакомый экипаж, он быстро сбежал по ступеням и торопливо направился к карете, рассудив, что ее владелец удачно завершил свои дела в Йорке, раз вернулся так рано.
Широко распахнув дверцу, Паркер застыл. В дверном проеме показались темно-красные полы женского плаща и украшенная плюмажем шляпка того же цвета. Шериф мысленно застонал: вот уж кого он меньше всего хотел увидеть! Несмотря на это, он изобразил радушную улыбку и, соблюдая приличия, подал руку выходящей из кареты Клаудии.
Но самое сильное потрясение ожидало его впереди. Вслед за дочерью лорда Толбота на землю сошел человек в черной кожаной маске.
— Я крайне удивлен вашим появлением, лорд Сакстон. — Тут Алан решил позволить себе забыть о приличиях. — Не думал, что вы соизволите посетить наше скромное пристанище.
Из-под маски раздался каркающий смех.
— Мисс Толбот сообщила мне о своем намерении навестить мою жену, и я предложил ей совершить это опасное путешествие вместе. Как видите, я привез свой экипаж и людей для охраны. Извольте знать, мои слуги хорошо вооружены, шериф, — он махнул рукой в сторону ворот, — и, возможно, немного напуганы. Ходят всякие слухи… — Он предупреждающе поднял обтянутый перчаткой палец. — Если кто-либо из ваших людей неожиданно приблизится к ним, то я за последствия не отвечаю.
Теперь настал черед Паркера смеяться. Его даже восхитила наглость этого калеки.
— Услышав эти слова от другого человека, милорд, я бы, пожалуй, счел их угрозой.
— Боже упаси, — быстро сказал лорд Сакстон. — Выкиньте эти мысли из головы, я вовсе не имел в виду ничего подобного. Я только хочу сказать, что моим людям несколько не по себе и они сильно взволнованны. Кругом разбойники, да еще этот ночной всадник, вселяющий страх во всех добропорядочных людей. Ужасные и тревожные времена настали, шериф!
Говоря все это, Сакстон незаметно огляделся вокруг. Он увидел полдюжины крепких, неряшливо одетых молодцов, которые толпились позади шерифа около входа в казарму. Некоторые