Несчастная красавица Ирена Флеминг с самого детства знала свою ужасную судьбу: ей предстоял безотрадный брак по расчету — с любым, кто окажется достаточно богат, чтобы купить очаровательную `спутницу жизни`. И в самый безнадежный момент, когда брак девушки предрешен, в жизнь ее врывается американец Кристофер Ситон — богач, повеса, дебошир, игрок и … самый великолепный мужчина, о котором Ирена не смела и мечтать…
Авторы: Вудивисс Кэтлин
к преграждавшим путь доскам и с удивлением обнаружила, что их легко отодвинуть. Она тихонько постучала по двери, затем припала к ней ухом и спросила:
— Есть кто-нибудь?
В ответ Ирена не услышала ни горестных завываний, ни отвратительного визга, но это не сильно ободрило ее. Она постучала сильнее — и снова никакого ответа. Она призвала всю свою храбрость и отодвинула доски.
Сами двери выглядели довольно новыми, словно их недавно повесили. В замке торчал большой ключ. Ирена нажала, и он со скрипом повернулся. Она толкнула дверь, и, к ее удивлению, ее внезапно ослепил солнечный свет. Ирена обнаружила, что стоит на балконе. Он был черен как уголь, словно его опалили огнем. Ирена подошла к краю и вздрогнула: под балконом виднелись сгоревшие останки того, что когда-то было восточным крылом особняка.
Внезапно Ирена почувствовала, что у нее под ногами шевельнулся камень. Остатки перил надломились и упали вниз, в груду пепла. Ирене показалось, что она сейчас полетит вслед за ними. Она в ужасе бросилась к дверям и не успокоилась, пока не очутилась в галерее. Задыхаясь, Ирена закрыла дверь и повернула ключ в замке. Затем бессильно прислонилась к стене, чувствуя, как дрожат колени. Теперь она поняла, почему вход был перегорожен досками. Старые двери сгорели, а новые постарались прикрыть от случайных посетителей.
В голове у нее рисовалось множество вопросов, но пока что она решила вернуться в спальню. У нее не было сил продолжать поиски, даже если за ней по пятам сейчас пойдут Смедли и Харфорд. Ирена, не раздеваясь, упала на кровать. Оставалось надеяться, что ночью ей удастся проскользнуть в конюшню, отвязать Сократа и уехать. А сейчас она должна отдохнуть и набраться сил. Вечером ей опять принесли поднос с едой, а чуть позже миссис Кендалл пришла, чтобы помочь Ирене облачиться в ночную сорочку, и принесла ей крепкого пунша.
— Это успокоит боль и придаст вам силы, — с улыбкой сказала экономка. — К утру вы будете чувствовать себя, словно никогда не болели.
Ирена пригубила ароматный напиток, нашла его довольно вкусным и выпила всю чашку.
— Полагаю, — нерешительно начала она, — что нет смысла снова заводить разговор о том, чтобы не отвозить меня в Мобри. Видите ли, — она слегка поежилась, — у нас с отцом некоторые разногласия, и мне бы не хотелось возвращаться домой.
— Мне жаль, мэм, но мы не можем ослушаться лорда Сакстона, — сочувственно промолвила экономка.
— Я понимаю. — Ирена тяжело вздохнула. — Вы должны сделать так, как велел хозяин.
— Да, мэм. Простите, но я не могу поступить иначе.
Ирена повертела чашку в руках.
— Вы мне не расскажете о восточном крыле, которое сгорело?
— Об этом может рассказать только лорд Сакстон, — с непроницаемым лицом ответила миссис Кендалл. — Он запретил что-либо говорить на эту тему.
Ирена медленно покачала головой.
— И вы, конечно, не можете нарушить слово?
— Да, мэм.
— По-видимому, вы очень преданны ему, — сухо заметила Ирена.
— Да, — тихо, но твердо сказала Эджи.
После такого ответа в дальнейших расспросах не было смысла. Ирена вернула экономке пустую чашку и, прикрыв рот рукой, зевнула.
Миссис Кендалл усмехнулась и убрала халат с кровати.
— Вам нужно хорошенько выспаться, мэм. Пунш поможет вам в этом. Он уже многих исцелил от бессонницы.
Ирена свернулась калачиком на мягкой постели и с удивлением обнаружила, что ноющая боль в мышцах куда-то пропала. Она глубоко вздохнула, смутно припоминая, что почему-то хотела не спать, но сон быстро завладел ею.
Холодный, порывистый ветер гонял рваные тучи по утреннему небу. Ирена ждала, пока кучер заберется на свое место. Большая черная карета, изготовленная явно еще в прошлом веке, была не лишена изящества. Внутри стены были обтянуты темно-зеленым бархатом, а дверцу украшал точно такой же герб, какой Ирена видела в спальне.
Экономка без умолку болтала о том, как хорошо выглядит Ирена. Миссис Кендалл говорила совершенно искренне, и Ирена не нашла в себе силы упрекнуть ее в том, что она дала ей снотворное. Смогла бы Ирена убежать или нет, на этот вопрос теперь незачем было искать ответа.
— До свидания, мэм, — крикнула Эджи с крыльца. — Счастливого пути!
Ирена прильнула к окошку кареты и помахала на прощание рукой.
— Спасибо за вашу доброту, миссис Кендалл. Простите, если доставила вам неудобство.
— О, никаких неудобств, мэм! Совсем никаких, правда! Мне было очень приятно прислуживать такой прекрасной молодой девушке. Вы развеяли мрак этого давно пустующего дома.
Ирена кивнула и в последний раз окинула взором особняк. Он был выстроен в стиле эпохи короля Якова. Сгоревшее
