Зимняя роза

и вручил ей перо. Неимоверным усилием воли она заставила себя не дрожать, и, хотя строчки расплывались у нее перед глазами, ее волнение выдавала лишь пульсирующая на шее жилка.
Затем наступила пауза: жених все не появлялся. Эвери начал злиться и язвительно поинтересовался:
— Его светлость собирается выйти или хочет, чтобы и женился за него тоже адвокат?
Преподобный отец Миллер с улыбкой развеял его страхи:
— Я уверен, что лорд Сакстон сам захочет произнести клятву, сэр. Я сейчас пошлю за ним.
Священник сделал знак Банди. Слуга поспешил через полутемную церковь к алькову и скрылся под аркой. Прошла целая вечность, прежде чем в коридоре снова раздались шаги. Звучали они довольно странно. Глухие удары, а за ними скрежет, словно что-то тащили или толкали. Ирена прислушалась, и ей вспомнились слова, произносимые в толпе.
Изувеченный! В отвратительных шрамах!
Звуки шагов вдруг стихли, и в дверях появился лорд Сакстон. Сначала она увидела лишь черный силуэт, так как большую часть фигуры прикрывал черный плащ. Когда же он сделал несколько шагов вперед, Ирена вскрикнула: теперь она поняла, откуда шел тот странный звук. На правом ботинке была толстая, тяжелая, в форме серпа подошва, пригодная для того, чтобы поддержать деревянную или искривленную ногу, которую ее обладателю приходилось волочь за собой.
Ирена похолодела от ужаса, боясь посмотреть в лицо лорда Сакстона. Когда же она наконец подняла глаза, у нее чуть не подкосились ноги. То, что она увидела, было страшнее самого ужасного сна.
Лицо и голову лорда полностью скрывал черный кожаный шлем. В нем были только две прорези для глаз, две маленькие дырки для ноздрей и ряд мелких квадратных отверстий, за которыми находился рот. Маска была сшита так искусно, что вовсе не оставляла возможности увидеть лицо.
Ирена была настолько потрясена, что не сразу обратила внимание на все остальное. Лорд Сакстон был весь в черном, не считая белой рубашки. На руках — в одной из них он сжимал тяжелую, с серебряным набалдашником трость — также были черные кожаные перчатки. Прикрытые плащом плечи казались широкими, но левое приподнималось чуть выше правого. В целом он представлял собой страшное зрелище, особенно для молодой невесты, которая впервые увидела своего жениха.
Лорд Сакстон остановился рядом и сдержанно поклонился.
— Здравствуйте, мисс Флеминг. — Его голос звучал глухо, словно издалека, а дыхание с шипением пробивалось сквозь прорези в маске. Чуть повернувшись, он коротким кивком поздоровался и с ее отцом.
Эвери с трудом закрыл рот и неопределенно кивнул.
— Ло… лорд Сакстон.
Человек в маске вновь повернулся к Ирене:
— Я должен просить прощение за свой вид. Когда-то я был как все люди, но случилось несчастье и огонь изуродовал меня. Теперь собаки лают мне вслед и дети пугаются, поэтому я ношу маску. Да и все остальное следует прикрывать от людских глаз. Возможно, теперь вы поймете, почему я поручил все дела своему агенту. Тем не менее есть дело, которое я не могу поручить никому. Увидев вас в своем доме, я понял, что только вас хочу назвать своей женой. А теперь вам решать. — Он пристально посмотрел на нее, словно ожидая возражений, но Ирена молчала. — Вы согласны выполнить волю отца и стать моей женой?
Ирена поклялась отцу покинуть родительский дом. Вряд ли он захочет, да и сможет, вернуть деньги лорду Сакстону. Похоже, у нее нет выбора, и она дрожащим голосом произнесла:
— Да, милорд. Я выполню волю отца.
— Что ж, тогда за дело. — К Эвери вернулась бодрость духа. Ему не терпелось завершить церемонию, пока человек в маске не передумал. — Мы теряем драгоценное время.
Радостное возбуждение отца обожгло Ирену, как удар плетью, развеяв остатки уважения, которое она еще питала к нему. Отец предал ее. Он безжалостно использовал их с Фэррелом для своих целей и не проявил ни малейшего сострадания, когда оказалось, что ее мужем станет уродливое подобие мужчины. Отныне у нее больше нет отца.
Церемония началась. Ирена еле слышно отвечала на вопросы, которые ей задавал преподобный отец Миллер. Приглушенный голос лорда Сакстона заставлял ее холодеть от ужаса и отвращения. Затем прозвучала заключительная клятва, и последний лучик надежды, что она каким-то чудом спасется от этого кошмара, угас. Черный мрак сгустился вокруг Ирены, и ей стало трудно дышать. Она не отрываясь смотрела на каменный пол, пока облаченная в черную перчатку рука не взяла ее под локоть. Она еле слышно вскрикнула и посмотрела на лицо в маске.
— Кольцо, Ирена! Возьми кольцо! — подсказал ей из-за спины отец. Ирена опустила глаза и увидела в руке лорда Сакстона массивное, украшенное драгоценными камнями