Зимняя сказка

отлично. – Я понял, потому что попытался начать учить алфавит для глухих. К сожалению, хотя я и могу произнести по буквам слово «календарь», твоей скорости у меня еще нет.
Медленно, с усилием Джош показал это слово по буквам. Мэг захлопала в ладоши и сделала какой-то жест.
– Что она сказала? – спросил он Либби.
– Она сказала «молодчина».
– Спасибо, – показал Мэг Джош. Еще немного информации, которую он узнал из Сети. – А то, что ты говоришь ей о том, как пишется слово, нечестно.
– Ей только десять, Джош.
– Ну и что?
– А то, что помогать десятилетней девочке, которая соревнуется со взрослыми, – честно. Это… это погоды не делает.
Джози прочистила горло.
Джош с восхищением наблюдал за Либби и все еще более разгорающимся румянцем у нес на щеках.
– Извините, – пробормотала она.
– За что, Либби? За то, что ты споришь с Джошем в нашем присутствии? Лучше побеспокойся о бедняжке Мэг, – показала на девочку Джози.
– Ты же знаешь, что для детей важно уметь ладить с людьми. А каким же образом ребенок поймет, как ему вести себя со взрослыми, если ты забываешь все и вся, уходя в личный спор с Джошем? – пошутила Перли.
– Я не забыла, что вы двое все еще здесь, – взорвалась Либби.
Джош откинулся на стуле и стал наблюдать за тремя женщинами и за их жестикуляцией. В основном он смотрел на Либби. Она вновь стала колючей, но чем больше он смотрел на нее, тем больше она ему нравилась.
Проклятие, кого он обманывает? Ему нравились все стороны Либби Макгинес.
Мэг привлекла его внимание, помахав ему рукой, и Джошуа поднял брови, как бы спрашивая «Что?».
Девочка незаметно кивнула на маму, которая спорила с Джози и Перли, медленно показала каждую букву слова «Н-Р-А-В-И-Ш-Ъ-С-Я», а затем сделала движение, которое, как понял Джош, означает это слово, и показала на него.
Джош так же незаметно указал на себя, сделал знак «нравиться» и показал на Либби и Мэг. Затем он указал на Мэг, показал знак «нравиться» и указал на себя, надеясь, что она поймет, о чем он спрашивает. Когда она кивнула «да», Джош широко улыбнулся.
– Что ты делаешь? – неожиданно спросила Либби, вернув всеобщее внимание к его персоне.
– Я только что сказал твоей дочери, что она мне нравится.
Обычно все, что говорила Либби, она одновременно и показывала. Но сейчас она не показала ничего.
– Не трогай мою дочь, Гарднер.
Внезапно настроение за столом резко переменилось. Перли и Джози прекратили подшучивать над Либби, а Либби стала такой же холодной, как озеро Эри в феврале. Джош пытался понять, что происходит.
Ему нравилась Мэг? А кому она не понравится? Такая славная девочка. Он завидовал тому, что у Либби есть ребенок. Джош хотел, чтобы у него тоже была дочка, как и у нее.
К несчастью, мать Мэг не улыбалась. Вернувшись к игре, Либби продолжала хмуриться. У всех четверых взрослых были милые лица, но игра в слова в рекордное время завершилась. Перли и Джози пошли посмотреть что-то в комнату Мэг, оставив Джоша и Либби наедине. Он очень ждал этого момента, но чуточку ранее. А теперь чувствовал себя неловко рядом с Либби.
– Я полагаю, тебе нужно идти? – с надеждой спросила она.
– Сначала я хочу знать, что за маленькая сцена происходила у вас за столом.
– Какая сцена? – невинно отозвалась Либби, слишком невинно. Она избегала смотреть на него, убирая со стола.
Джош тяжело вздохнул. Пришли к тому, с чего начинали. Он положил свою руку на ее:
– Либби, поговори со мной. – Она оттолкнула его руку, словно его прикосновение обожгло ее. – Что за «Не трогай мою дочь, Гарднер»? Я же просто сказал, что она мне нравится.
– Нет, ты пошел дальше и научился где-то ручной азбуке…
– Я же сказал, что нашел ее в Интернете.
– А затем ты оказал ей, что она тебе нравится.
– Она правда мне нравится. У Мэг полно мужества. Не то что у ее матери, которая мне тоже нравится, и я сказал ей об этом.
– Кому? – в панике спросила Либби.
– Кому я сказал, что ты мне нравишься? Мэг.
– Нс надо, – холодно произнесла Либби. Чувствуя, что за словами Либби скрывается большее, Джош мягко спросил:
– Не надо, чтобы ты мне нравилась или чтобы я говорил твоей дочери, что ты мне нравишься?
– Ни то ни другое. Послушай, доктор Гарднер…
– Джош…
– Ты – мой сосед. Мы вместе организуем рождественскую вечеринку. Я даже готова признать, что ты не настолько несносен, как я о тебе сначала думала, но при чем здесь «ты мне нравишься»?
– Я никогда не говорил об этом тебе, но ты мне нравишься. – Что происходит? Джош не хотел связывать себя с кем бы то ни было. Он все еще не отошел