Златовласка зеленоглазая

пункт повестки был внезапен и неожиданен. На нём как раз сейчас и ломал копья совет, пытаясь найти решение. Главным препятствием поисков был хранитель бюджета.
— И где мы на всё это наберёмся денег? — хмуро поинтересовался главный эконом, заслушав зачитанный вслух Мотедиусом указ, — праздники не вписываются. Никак. Совершенно.
— У нас никогда ничего не вписывается, — ректор, наклонив голову, внимательно посмотрел на эконома, — и то, что мы дожили до сегодняшнего дня, иначе, как чудом не назовёшь.
— Конечно, — кисло улыбнулся в ответ тот, — пока кто-то творит чудеса, оно и не заметно. А вот когда они прекращаются, эти чудеса, так все сразу и замечают, что их нет! Ну не потянем мы!
Главный эконом начал возбуждаться.
— Месяц гулянок! Сами прикиньте, хоть приблизительно, во что это выливается! Где, откуда, я вам денег наберусь? На что мы потом год жить будем? Милостыню просить пойдём? Или всем университетом танго-О будем на площадях танцевать? Словно бродячий цирк, за подаяние! Ну нету их! Нету-у! Не верите — можете проверить! Все книги отдам! Ищите! А найдёте… Найдёте — носки свои съем!
— Гм… гм… — откашляйся ректор, — весьма серьёзное заявление. Похоже, что дела обстоят именно так, как… как они обстоят. Однако в указе императора написано без всяких двусмысленностей: «… в течение сентября месяца, осуществлять празднования. Поводить балы, приёмы, концерты и всяческие увеселительные выступления. Праздники должны проходить не реже, чем раз в три дня…». Мы должны это выполнить.
— Угу… минимум десять балов за месяц! Угу… — скептично покивал главный эконом, — выложь да положь! Если его величество так хочет, то пусть он подкрепит своё желание деньгами! А то — все только берут! Вот, даже его высочество принц! Сто сорок шесть роз сорта «кремовая Александра»! Раз — и нету! Ну, поехал по бабам, ну возьми ты цветы с собой! Нет! Нужно на месте надрать! Экономный! Букета не купит! А мы, между прочим, за каждый куст заплатили почти по…
— Не забывайтесь! — опомнившийся ректор громко постучал костяшками пальцев по столу, — кто вы такой, чтобы обсуждать императора и его семью?!
— Тот, с которого всё время требуют деньги… — буркнул себе под нос эконом, «затыкаясь» и вжимаясь в кресло.
Присутствующие преподаватели ухмыляясь смотрели во все стороны, стараясь не встретиться друг с другом взглядом, чтоб не рассмеяться в голос.
— Мне бы ещё хотелось понять, каким образом принц с охраной проник внутрь. У нас тут что, проходной двор? — ректор наклонил голову и посмотрел на эконома из-под бровей.
— А я — то тут причём? — недоумённо пожал тот правым плечом, — есть начальник охраны. Ну и спрашивайте у него!
— Спросил. А он сказал, что на стенах стоят самые простые, то есть самые дешёвые охранные амулеты. Поэтому, совершенно неудивительно, что принц незамеченным оказался внутри.
— Был выбор: либо оранжерея, разгромленная свиньями, либо амулеты. Выбрали оранжерею.
— Разве именно в этом году планировалась замена амулетов?
— Замена их планировалась с самого первого дня. Тогда, как временно поставили самые простые, потому что денег не было, так они и стоят до сих пор! У меня каждый год средства на них планируются. Планируются, но не доходят. Вечно… что-нибудь случается!
— М-да! — крякнул хозяин кабинета.
— Это ещё нужно посмотреть, что там у принца с собой было! — агрессивно продолжил эконом, — небось какой-нибудь особый императорский «ключ», на который «стандарт» не реагирует. Может, ему его отец дал, чтобы принцу проще было по студенткам бегать!
За столом раздались смешки.
— Господин главный эконом! По количеству выпадов в сторону императорской семьи вы сегодня просто превзошли самого себя!
— … Прошу простить меня, господа! Я сегодня… как-то нервничаю.
Понимающее всеобщее молчание.
— Продолжим… — сказал ректор после паузы, в которую он внимательно оглядел каждого присутствующего, — деньги будут. В крайнем случае, обращусь прямо в совет. Я думаю, что без помощи нас не оставят. Особенно после выступления Аальста и Терской на балу у императора. Нынче о нашем университете говорят, как об учебном заведении, в котором учится самая модная и талантливая молодёжи в империи! Не скажу, что слово «модная» меня воодушевляет, но для молодых и для столичного общества в целом — это важно. Я рассматриваю такое признание ещё одним добавлением в гроздь наших наград и побед. Однако на лаврах упокаиваться нельзя. Победы требуют подтверждения, чтобы они не выглядели случайными. Поэтому, наши балы и праздники должны стать лучшими в столице! Надеюсь, что все присутствующие разделяют мою точку зрения…
Ректор