Златовласка зеленоглазая

очень давно ждали, божественная…
Абсолютно спокойно, с лицом, не выражающих никаких чувств, Эриэлла смотрела на коленопреклонённую перед ней Таурэтари…

— Пфф-ф! Самозванец! — презрительно фыркнула богиня любви Мирана, дёрнув плечиком.
— Скорее самозванка, — иронично усмехнулся ей в ответ Коин, тоже наблюдавший эту сцену, — но хитёр! Нигде не сказал, что он — посланница. Дал им самим обрядить его в одежды вестницы и начать поклоняться ему. Шустрый…
— Что, эльфы так поглупели? — поинтересовалась Хель.
— Что поделать, — притворно вздохнул Коин, — раньше, кем они были? А теперь? Кем стали? Всё о Возрождении грезят… Вот и вцепились в первого проходимца, давшего им надежду.
— Какое им, к демонам, Возрождение? Без богини… а я эту Алатари!.. Я её сюда ни за что не пущу! Обойдётся! Пусть сидит за границей, где сидит!
Сказав это, бог войны крепко потёр свою правую ягодицу.
— Это она тебя подстрелила? — понимающе хмыкнул Коин, — тогда, когда ты показывал им «наше отношение»?
Марсус поморщился, но промолчал.
— Ясно, — сказал бог торговли, так и не дождавшись от него ответа, — насчёт неё, я с тобой полностью согласен. Нечего ей тут делать. Да и всем им, прежним, тоже нечего! Кончилось их время!
В разговоре возникла пауза. Боги, молча, наблюдали, как старая эльфийка, почтительно кланяясь, пригласила лжевестницу в дом.
— Бабой стал, — констатировал вслух Марсус, глядя на избранного и ни к кому конкретно не обращаясь, — идиотизм просто какой-то! Может он ещё и родит у нас? Вот смеху-то будет!
Секунду он обдумывал свою последнюю фразу.
— А что? Это ведь — мысль! Он родит, материнская любовь, то да сё. Чувства, там, к детям, всякие… Мать ведь за ребёнка всегда собой пожертвует! Вот и решение проблемы! Осталось ему… тьфу! Ей! Осталось ей жениха найти и всё! Мир спасён! Мирана, ты как, найдёшь!?
— Пф-ф! — фыркнула богиня любви, — Марсус! Ещё одно такое предложение и я тебя прямиком к Алатари пошлю! Понятно? Я уже один раз нашла! Всё! Хватит! Отыскалась!
— Марсус, я тебя разочарую, — произнесла богиня жизни Диная, не участвовавшая в разговоре и всё это время внимательно смотревшего на избранного, — стать — то он стал, но совсем не «бабой», как ты выражаешься.
— Да? А кем? — удивился бог войны.
— У него
ашух мерцает, — произнесла богиня, указывая рукой на яркое пятно на груди избранного.
— Ну, мерцает, — согласился Марсус, приглядевшись, — и что?
— А то, что подобное есть только у одной расы смертных…
Богиня жизни сделала театральную паузу.
— … у оборотней, — усмехнувшись самым краешком рта, закончила за неё Хель.
— Да, — кивнула головой Даная, — он — оборотень!
— Ну, ни фига себе! — громко хлопнул себя ладонями по ляжкам от избытка чувств Марсус, — оборотень! Ну, здрасте, нате вам!
— Оборотни, тоже, как-то размножаются, — сказал Коин, нахмурившись.
— Да, размножаются, — согласилась Диная, — но только в первой своей ипостаси. А его первая ипостась — мужчина. Так что, Марсус, он тебе не родит, как бы тебе этого не хотелось…
— И мы возвращаемся к тому, с чего и начинали… — громко резюмировала Мирана, — отлично!
— Да, — кивнул Коин, — действительно, отлично! Диная, а как он вообще умудрился стать оборотнем? Я вот как-то не припоминаю подобных случаев. Вспоминаю, но вспомнить ничего не могу.
— Если честно — то не знаю, — чуть пожала плечами та, — тут столько всего сложилось. Он демон из другого мира в чужом теле, плюс магическое истощение, плюс «камень слёз»… Сам чего-то наплёл в пьяном виде… Добавьте ещё пророчество, которое могло вмешаться, чтобы его спасти… Как всё случилось? Что произошло? Без понятия. Я при этом не присутствовала.
…
— На всё воля богов! — усмехнувшись, произнесла Диная, нарушая установившуюся тишину.
— Ха-ха, да, очень смешно, — хмуро сказал Коин, — ну и что мы теперь будем делать?
— Может, рассказать эльфам кто он такой на самом деле и они его сами «грохнут»? — предложил Марсус.
— И кто будет этот смельчак? Тот, кто расскажет?
Тишина…
— Тогда придётся признать, что мы никак не влияем на события и становимся просто сторонними наблюдателями, — резюмировал Коин.
— Я начал подготовку к «войнушке»… против империи… — как бы возражая ему, произнёс Марсус.
— Смысла в этом, — махнул рукой Коин, — только торговлю всю порушишь…
— И смертных побьёшь… — сказала Диная.
— И любви меньше станет… — вздохнула Мирана.
— А мне всё равно, — сказала Хель.
Все присутствующие дружно уставились на