Златовласка зеленоглазая

не случилось. Впрочем, даже если бы я не понял, то мне кажется — ничего бы страшного не произошло. Крылья — вот главное! Все были совершенно уверены, что я настоящая вестница. Плюс ещё Таурэтари рассказала всем, что я живое воплощение их древних героев. Так что даже ходи я в валенках, будёновке с красной звездой и волочащимся за мной по земле парашютом, никто бы во мне русского шпиона не признал. Все бы всё равно видели во мне фон Штирлица. Поэтому, касаемо своей проблемы с одеждой, я подумал, подумал… А собственно, в чём проблема? Я же вестница, волшебное существо! И всё что я не делаю — тоже волшебно. И одежда меняется на мне в результате этого. Вроде того, что древние эльфы и эльфийки (их же по легенде во мне много!), не могут между собой договориться на предмет — в чём сегодня выйти на люди? И точно. Никто и не дёрнулся сказать что-то вроде: «Это не по правилам! Так быть не может!» Наоборот — стало ещё одним доказательством моей внеземной сущности. Подозреваю, что если бы была возможность — очереди бы выстраивались, чтобы поглядеть, как я переодеваюсь. Но, как говорится, счастье — только избранным! Служанкам и Амалира. Последняя — вообще, захватила должность главной чесальщицы моих волос. Лично я, в первые дни, просто не знал, что делать с такой гривой волос. Опыта ведь — никакого! Попалась мне, правда, в библиотеке книжка с названием — «Бытовая магия». Я её прочитал, особенно внимательно главу по уходу за одеждой и волосами, но применять на себе заклинания не рискнул. А вдруг — в Эриодара превращусь? Совершенно не к месту такое будет. Служанки же почему-то расчесать меня не предлагали. Поэтому, первые два дня я, стиснув зубы, «драл» себе волосы щёткой сам. Но тут, видом моих волос, заинтересовалась Амали.
— Ты такая лохматая! — улыбнувшись, с детской непосредственностью, сказала она, — почему ты не причёсываешься?
Я кисло посмотрел на неё.
Стоило полчаса выдирать из себя волосы, — подумал я, — чтобы потом какая-то девчонка спрашивала, почему я выгляжу как чучело? Стоп! Кодовое слово — девчонка! Она девчонка, а я — нет! Она должна знать!
Я глянул по сторонам — никого! Отлично!
— Я долго спала, — грустно вздохнув, сказал я, наклонившись к Амали, — и многое не помню… Представляешь, забыла, как нужно делать причёску! Ты не поможешь мне, справиться с моими волосами?
Амалиру просто раздуло от гордости! Ещё бы! Просят у неё помощи! И кто просит!
— Пойдём! — схватила она меня за руку, — я покажу, как нужно!
Она утащила меня в свою комнату, посадила перед зеркалом, достала все свои расчёски, щётки, всякие заколки и с энтузиазмом взялась за дело. За ним нас и «застукала» её бабушка. Она потом долго передо мной извинялась, что тут все забыли, что мне нужен парикмахер. Амали сердилась и говорила, что никто не нужен, что она сама будет укладывать мне волосы. На что бабушка её сказала, что она ещё маленькая и не умеет. Та обиделась до слёз. Я решил вмешаться.
— Амали, спасибо тебе! — внимательно глядя в зеркало сказал я, — ты очень хорошо всё сделала…
Действительно. По сравнению с моими результатами — земля и небо!
… Если ты не против и тебе разрешит твоя бабушка, — продолжил я, — я бы хотела, чтобы ты меня расчёсывала…
Девочка просто просияла, гордо посмотрев на Таурэтари.
— … только иногда меня будет причёсывать ваш парикмахер. А ты, в это время будешь смотреть, и помогать ему. И научишься. Если ты, конечно, захочешь, и бабушка тебе разрешит…
Я ещё раз повторил свою мысль, насчёт обязательного согласия Таурэтари. Я ещё не очень хорошо ориентировался в том, что тут «допустимо» для благородных эльфов, а что нет, и не хотел создавать трудностей на пустом месте.
— Баба! Разреши, разреши! — Амали повисла на бабушке, обвив тонкими ручонками её шею.
Конечно же, она разрешила! Дети тут вообще — на вес золота. С Амалирой, этой капризулей, носятся как «с писаной торбой». Не очень уверен, что у меня в голове есть запись, объясняющая, что это за торба такая, но общий смысл выражения я представляю.
Короче, теперь по утрам мне волосы расчёсывает Амали. Потом я, в качестве зарядки, немножко летаю, затем мою голову, уже на весь день, в соответствующий вид приводит профессионал. Да пусть Амали занимается, если ей так хочется! «Подружка» ведь моя. Ха-ха. Для остальных я — божество. Поклоны, поклонение, желание угодить. Утомляет. А эта — непосредственная. Разговоры, конечно, детские, но всё равно — развлекает. Да и узнать можно что-то интересное. Бесхитростно ведь всё выложит! И что самое удивительное — ни разу не проспала! Таурэтари тоже очень удивлена этим фактом. Чтобы внучку разбудить — те ещё усилия нужно было приложить. А тут — не свет не заря, а она уже вскочила (сама!) и уже у моих