Злоба

но хотя бы старается им помочь.
— Если бодрый, то включайся, — сказал он мне, проходя между лежаков.
Чем я и занялся, стараясь подавать пример. Что на этот счет говорили в Эдеме? Я вроде чувствовал себя бодро, но это физически, скорее из-за опасения облажаться и помереть, чем моего реального состояния. Мысли и разум сковывала апатия и страх перед будущим. Вспоминать было трудно. Но кое-что припомнил. Лекции по социальному влиянию. Если группа заражена злостью, страхом или любой другой выраженной эмоцией, то человек, находясь изначально в спокойном состояние, попадая в эту группу, с большим шансом станет таким же, как и они. Достаточно взглянуть на царящую здесь апатию, чтобы понять, какая участь меня ждет, если не начну шевелиться, идти против общего потока и укреплять себя.
Поэтому прыгал и крутил я руками с удвоенной силой, заставляя кровь бежать по венам, а сердце биться. Это один из самых простых способов, как привести себя в чувство.
Как закончили с разминкой и едой, старший выгнал всех на улицу и повел… куда-то. Я глядел во все глаза, стараясь заранее понять, что нас ждет. Люди чуть оживились, но не то, чтобы сильно. А фразы, полный безнадеги, что сегодня опять на зачистку идти — оптимизма не добавляли. Не говорят так о любимой работе.
По пути мы встретили и другие отряды, до боли похожие на нас. Разве что эмоции иные преобладали. От одной из встречных групп прямо фонило страхом и рабы злости, что их окружали, непрерывно орали и угрожали, что если те разбегутся, их ждёт кара.
Кажется, я уже говорил, что это место нравится мне всё меньше и меньше?
Прошли по кольцевой, повернули в сторону от города, углубились в боковые туннели. Опять эти узкие щели, с минимумом освещения. Больше всего я опасался потеряться, потому что как и в прошлый раз, через пару минут потерял направление.
Дорога вышла запутанной. Спустились вниз по лестнице… Ну как лестнице… Прутья, вбитые в камень, что вели из одной пещеры в другую. Удобства никакого, падать вниз метров десять. Дальше по ещё одному туннелю, что плавно поднимался наверх. Сколько ответвлений на нашем пути встретилось — не сосчитать. Я и до этого догадывался, что внешняя часть города не ограничивается кольцевыми улицами, но теперь убедился, что сеть туннелей тянется на многие сотни метров во все стороны.
Запах сырости и затхлости сопровождал нас всю дорогу, даже не смотря на то, что здесь работала вентиляция. Я постоянно кожей ощущал потоки воздуха, довольно прохладного. Различных шумов тоже хватало. Я слышал, как где-то недалеко работают машины, как что-то тарахтит… Неладное начал подозревать, когда появился запах нечистот. И судя по тому, что с каждым шагом он усиливался, мы топали к его источнику.
Дорога закончилась в небольшом ангаре. Одном из нескольких. Другие группы ушли в соседние, а нас завели в самый крайний. Внутри нашелся шланг, торчащий из стены, десятки защитных костюмов и… лопаты.
— Одеваемся, дети подземелий! — рявкнул старший, — Костюмы надели, проверили друг друга, взяли лопаты и вперед! Что делать вы знаете! Новички! Вас это тоже касается!
На этом инструктаж закончился…
***
Защитное снаряжение состояло из облегающего костюма с капюшоном, резиновых сапог, маски респиратора и очков. Ах да, ещё перчатки, которые одним своим видом вызывали омерзение. Как и всё остальное… Одежда буквально сочились запахом дерьма, пропитались им до самых мелких молекул. И это надо надеть?
Не знаю, как я в тот момент заставил себя это сделать. Альтернатива была хуже — идти обратно одному. Через все эти проходы, повороты, перепады высот… Да и решись я, не факт, что меня бы отпустили.
— На выход! — крикнул старший, — Если не выполним норму, то останемся без еды! Старайтесь и может удасться получить бонус!
Сказано было так, что сразу понятно: он и сам не верит в свои слова, а подбадривает людей скорее по давней привычке.
Не прошло и двух минут, как парень вытолкал всех нас наружу. Помещение заканчивалось массивной дверью, через которую и вышли. Старший крутанул ручку, глянул, что с той стороны, после чего стал выталкивать и нас. Буквально заталкивать, то есть зашел за спины и подталкивал самых медлительных.
И почему я родился в мире, где с людьми обращаются, как со скотом?
Первое, что увидел, выйдя наружу — массивные трубы. Пяти человек не хватит, чтобы обхватить одну из. А здесь таких десяток, не меньше. Нашлись и мелкие трубы. Чем больше вглядывался, тем больше их подмечал.
Когда все люди выбрались наружу, старшой погнал дальше, где нас ждал фронт работ… Здесь трубы шли горизонтально и почему-то часть из них оказалась разорвана. Их явно не раз восстанавливали, но…