Злоба

члены группы вернулись поздно вечером. Им, в отличие от нас, выдали пайки, но… Вернулись не все. Та девушка пропала. Это не хотелось признавать, но каждый понимал, что она не успела выбежать. Я это ещё тогда заметил, когда пересчитывал людей.
Глупая, бессмысленная смерть.
***
Арч выглядел мрачнее тучи. Бледный, с дрожащими руками, пустым взглядом… Он, как и я, вышел наружу и спрятался от остальных.
— Сколько? — спросил у него, садясь рядом.
— Что? — заторможено ответил он.
— Какой долг на нас повесили?
— Двести монет протез. Семьдесят две монеты лечение. Сто монет — штраф. Двадцать восемь монет старый долг. — прочеканил он слова, — Итого ровно четыреста монет.
Эмоции продолжали терзать меня внутри, но ум оставался холодным и принялся считать. Расчеты и планы — это то, за что я цеплялся, как за спасательный круг.
Нас было двадцать человек. Я, Арч и ещё восемнадцать членов группы. Теперь девятнадцать… Я не врач, но и не дурак. Понимаю, что в ближайшие дни, дай святые, только половина из нас будет работать. А это значит, что мы пролетим с заказами.
Типичный доход одного человека — монета за день. Это стоимость двух пайков. Достаточно, чтобы не умереть с голоду. Бонусы дают далеко не всегда. Когда мы пахали и я выкладывался, это происходило в неделю в лучшем случае пять раз из семи. Бонус — один паёк. То есть отряд в девятнадцать человек может заработать девять с половиной монет за удачный день. Или сорок пять монет в неделю. Не всё так плохо, если подумать.
— Арч, — позвал я старшего, — Если мы будем получать бонусы пять раз в неделю, то это сорок пять монет. Сможем быстро долг выплатить.
— Ты так наивен? — повернулся ко мне Арч. Я заметил, как блестят его глаза, — Сорок пять — это если мы откажемся от еды. Чтобы получить бонус, надо больше работать. Чтобы больше работать, нужно больше сил. Отказываться от еды — значит быстро истощить себя. Понятно? — чуть ли не прорычал он.
— Хорошо, — решил я не сдаваться, — Пусть мы будем отказываться через раз. Это по двадцать монет в неделю. Восемьдесят в месяц. За пять месяцев рассчитаемся.
Арч в ответ засмеялся. Тихо, хрипло, булькающим смехом.
— Новичок… Какой же ты наивный дурак….
— Объясни нормально, — вырвалось из меня раздражение.
— Половина наших сейчас ранена. Им потребуется время на восстановление. А то и лечение. Следовательно, долг возрастет, — стал медленно отвечать Арч, — Ещё половина из нас носит протезы. А это значит, что всем нужна мазь, хотя бы раз в неделю.
Про это я забыл, хотя пару раз видел, как старший достает банку с мазью и все, кто имел протезы, макают туда палец, после чего смазывают покраснения вокруг металла.
— Ещё здоровье. Чудо, если обойдется в ближайший год без травм. Но и без них расходы есть. Мелкие порезы, ушибы, простуды. Всё это стоит денег. Ты думаешь, один такой умный? Давно посчитано всё за тебя. В лучшем случае, если повезет и будем пахать, сможем расплатиться за год.
— А если…
— Заткнись! Просто заткнись, новичок! Если ты забыл, то нам через четыре дня идти в лабиринт. Быть может мы там все умрем. Тогда это станет неважным.
Я бы мог сказать, что у старухи Ша есть целебные растения. Я могу уйти к ней, помочь с выращиванием и… Что-то сделать, чтобы спасти отряд. Но никто меня не отпустит. Не с такими долгами.
Ощущение, будто я в западне.
***
Словно за сегодня нам было мало невзгод, судьба решила насыпать ещё. Уже когда улицы опустели, к нам пришел человек. Высокий парень, с коротким ежиком волос. Выглядел он лучшем, чем наш отряд вместе взятый.
— Привет, Арч, — махнул он всё также сидящему на улицу старшему, — Страдаешь? Не удивительно. Вам сегодня не повезло.
— Чего тебе надо? — напряженно процедил Арч.
— От тебя — ничего. Пришел забрать троих рабов.
— Кого? — сглотнул старший.
— Да я не запоминал их имена, — отмахнулся парень.
Он зашел к нам в жилой блок, что-то сказал там, а спустя секунд десять вышел вместе с тремя людьми. Теми, что оставались сегодня работать. Они стояли с опущенными головами, не смотря в мою с Арчем сторону.
— Ну давай, бывай. С меня тридцать монет.
Незнакомец помахал рукой и эта четверка удалилась.
— Что сейчас было? — повернулся я к Арчу.
Тот выглядел в десяток раз хуже, чем до этого. Из него буквально вынули стержень.
— Это наш конец, вот что, — прошептал он, опуская голову на колени.

Арчи сдался окончательно. В тот вечер он и не думал искать нам работу. На следующий день куда-то ушёл, но вернулся ни с чем. Да и толку-то, учитывая, что половина отряда в плачевном состояние. Двигаться