Змеиный поцелуй

и Календа подозревала, что сама она является единственным агентом РУНР и вообше единственным представителем спецслужб Новой Республики на планете. Календа знала, что РУНР планировало внедрить на Кореллию еще какое-то количество агентов. Сколько из них действительно добрались до места, было невозможно выяснить. Возможно, все. Возможно, никто. По понятным причинам, этим доступные ей сведения ограничивались. По тем же причинам она не смогла бы никому ничего расказать.
Ей вдруг подумалось, что никаких агентов не будет, что на самом деле ей все это сказали для того, чтобы обеспечить противнику головную боль на случай ее поимки. Но такие мысли лучше не брать в голову. Жизнь при ее роде занятий и без того была полна кривых зеркал, чтобы искать еще новые. Вернее всего было предположить, что она единственная, кто успешно проник на Кореллию. Тогда оставался один основной вопрос: что делать? И на него было легко дать ответ.
Календу послали собирать разведданные, но она решила, что узнала уже более чем достаточно. Теперь нужно было сосредоточиться на том, чтобы уберечь главу государства до саммита по торговле, когда прибудет ее официальная свита вместе с охраной.
Но чтобы оберегать Лейю Органу Соло, Календе нужно было оберегать и саму себя. Это было непросто. Она была уверена, что у СОБ и КСС хватит сообразительности, чтобы не поверить в ее гибель, и что сейчас местные спецслужбы разыскивают ее в частности и агентов РУНР вообще. Кроме того, они также установят слежку за семейством Органы Соло — с целью отслеживания их деятельности, если не для чего-то иного. Вмешаются ли они в случае нападения на главу государства, или сами предпримут покушение на ее жизнь, было невозможно сказать.
В любом случае они вряд ли обрадуются, если в центре событий вдруг объявится агент РУНР. Возможно, они даже примут ее за достаточный повод для провокации и сочтут себя вправе начать беспорядки. Все это означало следующее: Календе нельзя даже приближаться к Органе Соло и ее спутникам.
Так что она могла лишь наблюдать на расстоянии, стараться не попасться самой и рассчитывать на то, что представится какой-нибудь случай связаться с ними. Возможно, ей удастся что-то сделать, даже не приближаясь, хотя она пока не представляла, что именно.
Но сейчас ей оставалось только ждать. Ждать и смотреть в оба. И надеяться, что они скоро прилетят.
* * *
Прошло много часов, и Календа всерьез забеспокоилась. Приближалась ночь, и каким бы совершенным ни был инфракрасный прибор, следить в темноте — совсем не то, что при дневном свете. Это притом, что ИК-система на приобретенном макробинокле вовсе ни на что не годилась.
Уже много раз, когда в небе появлялся корабль, сердце Календы начинало бешено колотиться, она увеличивала масштаб изображения… и оказывалось, что корабль даже отдаленно не похож на . Разведчица уже начала всерьез подумывать о перспективе ночного наблюдения, когда показалось какое-то судно. Она еше раз поднесла к глазам макробинокль, предвидя очередное разочарование… и вдруг сердце учащенно забилось у нее в груди.
Кораблей было целых шесть. Среди них безошибочно угадывался в центре строя из пяти патрульных мини-катеров, летевших в стандартом охранном порядке на шесть машин. Правый задний катер отсутствовал. Хотя, возможно, его не было видно за . Календа покрутила настройки, чтобы лучше видеть, и запоздало нажала на кнопку записи. Можно будет просмотреть картинку позже. Нет, шестого катера действительно не было.
У Календы сразу мелькнуло в сознании с десяток предположений, но она сделала над собой усилие и снова сосредоточилась на наблюдении. Гадать будем позже, для этого будет уйма бремени.
и его эскорт пролетели мимо общественных посадочных доков, включили репульсоры и зависли в воздухе над военным участком поля — по счастью, тем самым, около которого лежала Календа. Три катера покинули строй, пошли на посадку и приземлились строго равносторонним треугольником. Два остальных продолжали висеть над полем. , опускаясь на репульсорах, плавно сел точно в центре треугольника из приземлившихся катеров. Обычно церемониальный эскорт такого не проделывал. Значит, что-то случилось. Но что именно?
Календа чуть-чуть передвинулась, чтобы лучше видеть , и заработала довольно неприятный порез на предплечье от незамеченного стебля бритвенника. Она рассеянно выругалась и выставила масштаб макробинокля на максимум. Повреждений не было видно — по крайней мере, с такого расстояния. Не было заметно никаких признаков того, что модифицированный грузовик