Умирающий организм Павла делает последнюю попытку выжить. Старик открывает дверь в магический мир и попадает в Святой источник. Тот пробуждает дремавшие в Павле магические силы и исцеляет его. Павел устраивается жить в монастыре. Он учится жить в чужом мире, постепенно осваивая магию.
Авторы: Голубев Владимир Евгеньевич
будем об этом. Что привело тебя в столицу, гномиха?
– Я ищу своего друга. Он уехал сюда зимой, хотел с корнем вырвать, полностью уничтожить прибежище черных магов в замке Дюк. Услышав о твоих подвигах, я подумала, что этот человек – ты.
– Мною двигала только месть. Никаких других разногласий с магами у меня нет.
– Убить пятьсот человек, с целью мести? Это неимоверно жестоко!
– Ты не одобряешь. Гораздо лучше убить многие тысячи, десятки тысяч, сотни тысяч – ради идеи! Например, той, ради которой сейчас идет война. Люди считают гномов животными, во всяком случае «низкими» людьми, гномы относятся к людям аналогично, – яростно возразил Павел.
– Алёна, ты зря набросилась на моего друга. Дворян, среди этих пяти сотен убитых, было совсем немного. Возможно никого. В совете ордена большинство захватили простолюдины, дворяне неохотно идут в услужение к плебеям. Кроме герцога и его вассалов, пожалуй, никого в замке нет, – защитил друга Сильвестр.
– Да. Сильвестр, я видел, кого убиваю, жалкие плебеи, не стоило их даже считать, – с сарказмом продолжил Павел. Он внимательно посмотрел на изменившееся лицо Алёны.
– Хотел бы добавить для тебя лично, Алёна! Мой друг Сильвестр самый заботливый офицер в армии, у него практически нет потерь, а солдат редко наказывают без причины, – добавил Павел.
– Позвольте мне вмешаться, господа! Предлагаю заехать в гостиницу, прохожие прислушиваются, – прервал обсуждение Бестия.
– Ты прав, – согласился Павел.
* * *
Поехали в гостиницу к Алёне, та решила собирать вещи и утром выезжать обратно в Пограничье. Сильвестр решил ехать в ней, и она не возражала.
– Эльфа лучше гномихи? – спросила Алёна Пашу, когда они на секунду остались одни. Тот промолчал.
– Приезжай. Хотя бы ради Володи, – ей показалось, что она чувствует эмоции Павла Ильича.
– Приеду. Но сначала я хочу разобраться с артефактом, со структурой заклинания, с орденом. Если не найду решения, приеду и мы снова попробуем сотворить из тебя Святую Магиню.
– И зачем ты валял дурака целых два часа? – обняла его Алёна.
– Я полюбил графиню эльфу, ты влюбилась в имперского офицера. Оставим всё так, как есть, – высвободился из объятий Павел.
– Какой же ты ребенок, «дядя Паша»! Павел Ильич уехал не прощаясь. Он хотел уже сегодня встретиться с Третьим.
Паша и Сильвестр проводили Алёну в гостиницу, та решила утром следующего дня выехать обратно в Пограничье. Сильвестр предложил сопроводить её, она не возражала. Павел навязал Сильвестру свой отряд, тот не смог отказать старому другу.
– Неужели эльфа лучше «гномихи»? – спросила Алёна Пашу, когда они на секунду остались наедине. Тот промолчал.
– Приезжай. Хотя бы ради Володи, – ей показалось, что она чувствует эмоции Павла Ильича, как это уже было раньше.
– Приеду. Но сначала я хочу разобраться с артефактом, со структурой заклинания, с орденом. Если не найду решения, приеду и мы снова попробуем сотворить из тебя Святую Магиню.
– И зачем ты валял дурака целых два часа? – обняла его Алёна.
– Ты влюбилась в имперского офицера, я – в графинюэльфу, оставим всё так, как есть, – высвободился из объятий Павел.
– Какой же ты ребенок, «дядя Паша»! Павел Ильич уехал не прощаясь, он собирался уже сегодня встретиться с Третьим. Ехал он неторопливо, вспоминая свою последнюю встречу с магом, пытаясь определить, что собой представляет Третий. В памяти весь разговор сохранился до мельчайших деталей, но это был взгляд «Кюна», а не сегодняшнего Павла Ильича. Сейчас Павел смотрел на тот давнишний разговор как бы со стороны, анализируя мимику и интонации Третьего, и выводы ему не нравились. Будучи «Кюном» Павел Ильич безжалостно уничтожал и слуг, и магов ордена Смерти. Такого тотального натиска не мог выдержать ни один из магических орденов. Ответные удары судьба отводила от «Кюна» и орден сдался, даровав магу без памяти жизнь и свободу. Поверит ли Третий, что «Кюн» вернулся за знаниями, а не для новой резни магов? Сможет ли Павел убедить его в своей терпимости, в том, что он дорожит каждой человеческой жизнью, что плебеи для него теперь такие же люди, как и дворяне, и их жизни ценны одинаково?
Темная эльфа Анна.
Холодный осенний день завершился моросящим дождем с пронизывающим ветром. Карета застряла в двух шагах от города, и не могла сдвинуться с места, несмотря на все усилия кучера и охранников. Низкое темное небо давило весь день, и к вечеру настроение у графини стало совершенно мерзким. Всё было плохо, все были виноваты. Старые, устоявшиеся
