Умирающий организм Павла делает последнюю попытку выжить. Старик открывает дверь в магический мир и попадает в Святой источник. Тот пробуждает дремавшие в Павле магические силы и исцеляет его. Павел устраивается жить в монастыре. Он учится жить в чужом мире, постепенно осваивая магию.
Авторы: Голубев Владимир Евгеньевич
темных лазов, а потому пещеру облюбовали любителиспелеологи. Мой жуткий, от ожогов, вид добавлял романтики их походам. Истории, которые они рассказывали обо мне у костра, в моё отсутствие, всегда удивляли выдумкой и разнообразием. Слушать их на ночь было страшно, и необычайно интересно. Дым от костра уходил наружу в специальный дымоход, и в пещере было чем дышать. Я второй год являлся главным экспонатом, достопримечательностью этих мест. Мальчишки из ближнего села понимали это интуитивно и таскали мне еду. То вареную курицу, то пирожки, а иной раз и полтарашку молока. Навести морок, чтобы чужие люди не нашли вход в пещеру, много силы не надо. Мальчишкам я глаза не отводил, и они приводили в пещеру туристов за деньги. В основном приходили любителиспелеологи, или байдарочники, сплавлявшиеся по реке, пещера была отмечена у них на карте. Место для ночлега на берегу было очень удобное.
– Ладно, разложу подарки, пока Хозяин возвращается, – один из мальчишек с серьезным видом развернул чистое вафельное полотенце, и начал раскладывать запасы еды. В воздухе тут же запахло свежими пирогами, моими любимыми, с капустой. Пришлось вылезти из уютной пещеры, служившей мне спальней, где я лежал на громадном мешке, набитым пижмой и полынью, служившим мне матрасом. Он давал и аромат, и тепло, и мягкость. Туристы были впервые, и испугались моего вида, как все нормальные люди.
– Это вы еще историй не успели наслушаться от мальчишек. Тогда точно разрыв сердца был бы, – успокоил я их. Деревенские мальчишки обрадовались похвале, заулыбались.
– Вы извините нас. Нехорошо получилось, – старший из туристов начал оправдываться. Второй и третий лазы были короткие, заканчивались уютными пещерами, а четвертый лаз уходил глубоко вниз, неоднократно раздваивался, менял направление, как будто хотел запутать.
– Вы в короткую прогулку собрались, или готовы весь вечер по пещере блуждать? – я попытался уточнить планы туристов. Мнения разделились. Двое туристов, лет двадцати, посчитали, что путешествие уже состоялось. Женщина, со стервозным выражением лица, с интонациями менеджера среднего звена, захотела короткой прогулки, но с осмотром всех красивых мест. Двое мужчин и девушка захотели приключений с адреналином.
– Мне обещали светящийся сталактит, – требовательно посмотрела на меня женщинаменеджер.
– Парни! Бросайте жребий, кому ближняя дорога, а кому дальняя, – обратился я к деревенским мальчишкам. Вести туристов в четвертую пещеру выпало младшему мальчику, но он не унывал.
– Я их по «трубе» пару раз протащу, они сразу запросятся обратно, – шепнул он мне. Женщинаменеджер вернулась раздраженная, светящийся сталактит не «захотел» даже чуточку загореться изнутри. По рассказанной мальчишками легенде, сталактит определяет, таким образом, доброту каждого нового человека. Мальчишка укоризненно смотрел на меня, теперь чаевых ему не видать.
– Софья Георгиевна, неужели Вы верите в эти сказки, – чересчур уважительно обратился к ней один из юношей. Он явно хотел подчеркнуть, что она уже неровня ему по возрасту.
– А вот ты, Валек, и сходи, проверь. Здесь недалеко, всего десять минут, – не осталась в долгу обозленная женщина.
– Я с тобой, – подхватился второй юноша. И они нырнули в проход, не дожидаясь проводника. Развлекать «даму» пустопорожними разговорами меня не тянуло, и мы минут двадцать играли с ней в гляделки. О появление молодых людей мы услышали задолго, по радостным воплям, смеху и шуткам, неприличным комментариям и насмешкам над степенью доброты Софьи Георгиевны, которые сразу смолкли в главной пещере.
– Сталактит засветился, но, помоему, это местная шутка. Ничего это не значит, – Валентин произнес это так, что всем сразу стало ясно, уж онто верит в легенду на все сто процентов.
– Полыхнуло круто, – подтвердил его приятель. Мальчишкапроводник осуждающе смотрел на меня. «Взрослый человек, как Вам не стыдно», – качал он головой. Из четвертого хода послышались крики о помощи. Спуск вниз был слишком крутой, мужчина, фактически один, вытаскивал труп своего друга. Ни девушка, ни мальчишка не могли ему серьезно помочь.
– Он был жив. Федя еще дышал. Я почти успел. У вас есть аптечка? Рано или поздно рискованные спуски по «трубе» должны были чемто таким закончиться. У Феди была сломана шея. Чудом было то, что он не умер сразу. Мы положили труп на стол, а я всё никак не мог решиться. Секунды уходили, я уже знал, что буду лечить его, но было мучительно больно, дикая случайность отодвигала еще на два года мечту об исцелении самого себя. Сожаление о нелепой случайности покинуло меня. Мне нужна была абсолютная концентрация на целую, длинную минуту, а я уже забыл, как это всё делается.
