Умирающий организм Павла делает последнюю попытку выжить. Старик открывает дверь в магический мир и попадает в Святой источник. Тот пробуждает дремавшие в Павле магические силы и исцеляет его. Павел устраивается жить в монастыре. Он учится жить в чужом мире, постепенно осваивая магию.
Авторы: Голубев Владимир Евгеньевич
неделю. Сильвестр начал беспокоиться, маги могли нагрянуть в любой момент. Остальные офицеры были слишком заняты подготовкой, ни у кого в полку не было такого порядка в отряде, как у Сильвестра. Неожиданно въедливый и дотошный характер продемонстрировал Кюн. Сильвестр поглядывал с интересом на офицеровновичков, в основном контролировал, чтобы сержанты не воспользовались неопытностью молодежи, а тут хоть сам учись. Свежий, незамыленный взгляд, умение быстро поставить на место своего и, главное, чужого сержанта. Капитанинтендант из штаба долго жаловался на Кюна. «Неприятный у твоего протеже взгляд, будто смотрит и мысли читает. Ведьму ты, мой старый друг, привез!» Сильвестр, конечно, возражал. «Баронведьма – это нонсенс!» Но сам вспомнил о небывальщине, убилтаки молодой, неопытный барон старого, матерого мага.
Молодого мага, случайно, неожиданно, при огромной удаче, может оглушить, и то не каждый. А вот старого, да когда на тебя наброшена «узда повиновения», из положения «мордой в землю» попасть стилетом в глаз, совсем не целясь, тут поверишь в баронаведьму, в оборотня, в любые другие страшилки капитана.
Кюн.
Покупка офицерского патента потребовала большую часть наличных денег Кюна. У Болда денег на патент не хватало, пришлось молодому барону выгребать остатки своих. Но даже с добавкой Кюна Болду пришлось идти на поклон к банкирам. Сильвестр сильно отговаривал нового сослуживца от такого шага, ссылаясь на свой горький опыт.
– Я, еще служа сержантом, польстился на их уговоры. Мол, сразу стану офицером, оклад вдвое выше, прямая выгода. Действительно, я на полгода раньше стал офицером. Только всю прибавку в окладе за эти полгода отдал банку. Специальные платежи, хитрые проценты, штрафы за то, что заплатил раньше срока, пеня за просрочку, комиссия, обслуживание – я узнал столько новых слов!
– Это ты явно преувеличиваешь! – удивился Болд.
– А я както сразу поверил Сильвестру. Думаю, что банкиры обошлись с ним мягко, боялись его злить, – возразил Кюн Болду.
– Да. С купцами, например, банкиры не церемонятся. Разоряют частенько. К ним в кабалу только в самом крайнем случае люди идут. Наживаются на людском горе, – зло сказал Сильвестр, потом добавил, – и дураках.
– Я поговорил с полковником. Он выступил третьей стороной в договоре с банком. Полковой казначей проверил условия, банк будет напрямую получать все мои деньги в полку. За четыре месяца казначей расплатится за меня с банком, – Болд был доволен условиями.
– Банк больше, чем вдвое увеличит сумму займа, всего за четыре месяца! Неплохо, – хмыкнул Кюн.
– У меня не было другого варианта, согласись!
– Я вас обрадую, по условиям рейда вся добыча остаётся в отряде. Те из нас, кто останутся в живых, разбогатеют. Гномы в это время собирают дань, есть возможность неплохо поживиться, – Сильвестр попытался произнести новость радостно, но все почувствовали фальшь в его словах.
* * *
Арбалетный болт прошил ногу насквозь, по пути разворотил мышцы и вырвал небольшой кусок мяса. У Сильвестра это был единственный раненый в его отряде, зато какой – старый и опытный сержант. Меркурио потерял практически весь свой отряд, спасся только тот, кого отрядили сторожить лошадей. Из отряда Кюна в живых осталось двое солдат, у Раме и Блонда полегли все. У Копера в живых осталось трое, все были ранены. Майор отвлек гномов своей безумной атакой от вылазки Раме и Копера. И хотя маг гномов положил две трети отряда во главе с майором одним ударом, Копер успел дотянуться до мага саблей. Голова гнома катилась по дороге, как мяч для игры. Раме лежал без движения. Кюн и Болд, поджигавшие мост, успели спрыгнуть в реку, и не получили ни единой царапины.
Офицеры, воевавшие на самых опасных местах, выжили, а солдаты во главе с майором – погибли. Лишь отряд Сильвестра, по традиции не имел потерь убитыми, хотя сержант вряд ли сможет выжить.
Солдаты обыскивали трупы гномов, офицеры готовили вьючных лошадей, перегружали серебряные слитки. Надо было спешить. Теперь, когда от отряда осталась всего лишь пятая часть, людей могло спасти только быстрое бегство. Кюна заинтересовал амулет мага, по традиции трофеи с тела мага ни солдаты, ни офицеры не трогали – боялись. Кюн, много чего забывший из прошлой жизни, спокойно мародерничал, удивляясь брошенным ценностям. Дворяне сгрудились около трупа гнома, в богатых доспехах. Кюн не понимал причины задержки, он подошел, раздражаясь.
– Что случилось?
– Гномский «граф». Убит в спину, – сообщил Сильвестр.
– В горячке боя мы не заметили дворянский герб. С кем не бывает? Если бы майор выехал, как положено, с вымпелом, гномский маг нас всех бы пожег, – удивился Кюн.
– Ты что говоришьто?!
