Знак судьбы

Я начала размышлять о том, что случится, когда будут проводить это ужасное расследование.
А потом появился дядя Тоби и я забыла обо всем на свете. Смеясь и плача, я кинулась в его раскрытые объятия.
— Они уехали… — сказала я. — Эстелла и Аделина.
— Я знаю. К моей сестре Флоренс. Бедняжки. Тебя покинули?
Я кивнула.
— Ну, не беда. Все равно, я ведь приехал забрать тебя на время к себе.
Я не могла поверить своим ушам.
— К себе? — переспросила я.
— На время. Пока все не утрясется. Разве мы не договаривались, что когда-нибудь поплывем вместе?
— Поплывем?! — воскликнула я.
Он посмотрел на меня и улыбнулся.
— По-моему, это хорошая идея.
Я не могла поверить, что все это происходит на самом деле. С того момента как умерла миссис Марлин, жизнь удивительным образом изменилась. Но это было самым потрясающим из всех событий. Уехать из этого мрачного дома и быть вместе с дядей Тоби! Плавать с ним на корабле! Это было чересчур для меня. Я не могла сразу уразуметь происходящего. Это был прекрасный сон, и я боялась, что в любой момент могу проснуться. Я просто растерянно смотрела на дядю Тоби, пока не осознала, что именно он сказал — и меня захлестнула волна радости и облегчения.

Должна признать, я была слишком взволнована, чтобы думать о бедной Аделине, которую разлучили с любимой мисс Карсон. Эстелла не будет слишком грустить. Ее даже обрадует перемена обстановки. В последнее время в Коммонвуд-Хаусе было не очень уютно. Но теперь передо мной открылась перспектива, прекраснее которой я не могла себе представить!
Дядя Тоби рассказал мне о своих планах.
— У нас всего неделя, а потом мы сядем на борт «Королевы морей», — сказал он. — Нужно многое успеть. Необходимо не только купить тебе новую одежду, но и уладить массу формальностей. Я позабочусь об этом, а вы с миссис Кью сможете позаботиться об остальном.
— А кто такая миссис Кью? — поинтересовалась я.
— Это моя экономка, Поли Квинтон. Да благословит ее Господь! Что бы мы делали без Поли? Дело в том, что я снимаю комнаты в ее доме. Очень удобно. Мы обычно стоим в Саутгемптоне, и это
мое pied a terre

. Ты знаешь, что это такое. Я слышал, ты изучаешь французский. Это небольшое уютное местечко, куда ты можешь прийти, когда появляется такая необходимость. Когда распрощаюсь с морем, я где-нибудь осяду. Но пока мой дом — это
pied a terre у миссис Кью. Она просто молодец. Эта женщина тебе понравится. Она заботится, как она выражается, о морячках. Я там не один, нас целая компания. Приходим, уходим. Это устраивает и меня, и миссис Кью. У меня четыре комнаты на верхнем этаже дома, с видом на гавань. Недалеко от моего корабля. Ну понимаешь, корабль становится частью тебя. Корабли просто прекрасны. Они темпераментны… они живут своей жизнью. Иногда выкидывают забавные трюки — и у каждого свой характер. И еще они довольно капризны. Прямо как женщины. Ты знаешь, что в английском языке корабль — всегда «она»… а не «он»? Нет, в корабле нет ничего мужского. Поэтому мы их так и любим, понимаешь?
Я задумалась над его словами. Дядя Тоби всегда был разговорчивым, у него была изящная манера выражаться, и все, что происходило в последнее время в Коммонвуд-Хаусе, постепенно отошло на второй план. Я была на пороге нового удивительного мира и с нетерпением ожидала приключений в обществе дяди Тоби.
Как он и говорил, дом миссис Кью находился рядом с доками. Поли Квинтон приветствовала меня так, словно знала всю жизнь. Она была очень полная, с румяным лицом. Глаза ее исчезали за щеками, когда она смеялась, а это случалось очень часто. У нее была привычка сплетать руки на пышной груди, и когда она радовалась, то вся тряслась от смеха.
В доме было пять этажей, и все комнаты в нем, кроме подвальных помещений, снимали моряки. Вскоре я узнала, что у миссис Квинтон особое отношение к морякам. Ее не нужно было долго уговаривать рассказать о себе. Лишь бы был человек, который готов ее выслушать.
— Мой Чарли был морячком, — рассказывала она мне, широко распахнув глаза, которые сразу наполнились слезами. — Настоящий мужчина! Как мы жили! — Она покачала головой, вспоминая. — Он, бывало, приходил домой с твердым намерением получить от отпуска как можно больше. Да, он у меня был такой! Такие, как он, берут от жизни все, что она может им дать! Что это были за деньки! А потом все кончилось. Их корабль отправился в Южную Америку… — Миссис Квинтон замолчала на мгновение, лицо ее было печальным. Потом она снова повеселела. — Да, мы много хорошего пережили вместе, и он оставил мне средства для жизни. Чарли всегда говорил: «С тобой все будет хорошо,