Знамена Легиона

иногда мелькали светловолосые эльфары… Ну прямо вавилонское столпотворение или ярмарка в базарный день, что вернее. И в этой толчее немудрено было потеряться или зайти не туда. Пару раз я поймал цепкий взгляд непонятных личностей, но увидев посох мага они отводили глаза, стараясь не нарываться на неприятности. Маг — обычно существо такое, вредное, злопамятное и могущее не только дать отпор, но и сделать так, чтобы потом жизнь — если она останется — медом не казалась. Или вообще хоть чем-нибудь.
Мы дошли до высокого — аж трехэтажного — каменного здания, как сказал бы я — «в колониальном стиле». Видна была рука мастера. То ли Древних, то ли их последователей…
— Любуешься? — спросил капитан.
— Ну да, интересная архитектура.
— Вот я и говорю — интеллигентное ты создание, — вздохнул капитан. — Где ты видишь красоту, я вижу грязь и проблемы. Это как раковины. Есть такая красивая раковинка, конус называется. Красоты необыкновенной, просто произведение искусства — так и тянет ее потрогать или в карман положить. Но стоит взять ее в руки, она воткнет в тебя ядовитое жало, и через пару минут — ты труп. И наоборот, невзрачная пинна может содержать в себе огромную и красивую жемчужину. Все не то, чем кажется. Так и здесь. Ты видишь красивый дом, а я вижу тех кровопийц, которые сидят внутри.
— Довольно пессимистично.
— Зато правда, и ты это знаешь, не вчера родился.
— Да уж точно, — риторически подтвердил я.
— Ладно, жди меня здесь, — капитан поправил треуголку на голове, одернул кафтан и взялся за ручку двери. — И постарайся пока никого не прибить. А то в каждом порту есть и своя виселица.
Ну, блин, спасибо. Обнадежил. Я отошел от входа, чтобы чего не подумали и стал разглядывать прохожих. Надо же чем-то заняться?

Капитан вышел из дверей администрации через полчаса.
— Удачно? — спросил я его.
— Дела порешал, но не все, — загадочно ответил он.
Я лишь пожал плечами.
— Куда теперь?
— Обратно на судно, — раздраженно ответил он и поправил треуголку. Судя по всему, его эмоции предназначались не мне.
— Мне хотелось бы пройтись по городу, — заметил я, пытаясь успеть за его широким быстрым шагом.
— Мне тоже много чего хотелось бы, — буркнул он. — Ладно, проводи меня до причала, а там уже посмотрим. Сейчас нам надо меньше привлекать к себе внимания.
— Что-то случилось? — насторожил ушки на макушке я.
— Пока еще нет, но может быть всякое.
Очередные загадки, вопросы… Капитан явно был мастак на каверзы.
— И, главное, возвращайся к шести пополудни.
— А что?
— Есть дело, и для него мне будет нужен охранник. Маг.
— Хорошо, вернусь, — пожал плечами я.
Проводив капитана до довольно лыбящихся Стражей на причале, я вернулся в порт. Ну здесь мне совсем не интересно — от запаха пеньки, древесины и смолы меня скоро тошнить будет. Я пошел быстрым шагом по направлению в город.
Дакарея явно была больше, чем Квазумбе, как я уже и говорил. Купив за серебряк карту, я отошел в сторонку, и, прижавшись к стене какого-то дома начал ее изучать. Ага, а вот и та самая улица, и, кстати, довольно далеко — на противоположном от порта конце города, возле торгового тракта, через который и шло сообщение с Дакареей по земле. Если есть конь или другое средство передвижения, можно сделать большую букву «Г» и добраться до Хамизи — если вниз, на юг, или до Рутендо — вверх на север. Вопрос только в расстоянии. Пилить придется пешком — я как-то не сомневаюсь, что порталы лундийских городов-опорных пунктов были закрыты на прием посетителей отсюда, как и наоборот. Я даже не собирался это проверять — не хватало еще мне неприятностей, портальщик тут же стукнет в городскую стражу или еще куда поинтереснее. Как-то не сомневался я, что тут существует местная мафия, которая в числе прочего следит за потенциальными лазутчиками и диверсантами на предмет уничтожения оных, а перед этом вдумчивой и доверительной беседы с применением каленого железа. Капитан прав — надо вести себя тихо и особо не светиться. Поэтому пешочком, легонько и неторопливо.
Я шел по городу прогулочным шагом, не торопясь, выбирая места посветлее и улицы пошире, памятуя приказ капитана. А разномастного народа здесь было полно, и все они были заняты своими делами. Вон проститутка потащила поддатого матроса в подворотню, вон идет орчанка с корзиной угля на голове, а вон гобл продает что-то вроде съедобное… Я почувствовал легкий голод, но от содержимого корзины на всякий случай отказался — она стояла у него прямо в подорожной пыли. Съешь что-нибудь такое, что раньше мяукало или гавкало, и потом в животе