Знамена Легиона

понимал — из органической химии в школе я усвоил, что можно сделать спирт из табуретки, на этом мои познания оканчивались. Ионы, положительные и отрицательные, которые обычно пишут на бутылке минералки — это не ко мне.
«А попроще?», — жалобно спросил я.
«Вода абсолютно безопасна. Биологическая активность отсутствует, есть слабые следы радона и углекислого газа. Прекрасное тонизирующее и ранозаживляющее средство».
Не зря, значит, моряки любили этот источник. Природная минералочка в чистом виде, пей — не хочу. Я наполнил под струей флягу, висевшую на поясе — потом попью.
— На, лохматый, — я потрепал Друга по загривку и наполнил ему водой крышку от котелка. Друг-то не дурак, и губа у него тоже вся в него — мелькнуло плетение, пес убедился, что его не хотят отравить и жадно накинулся на воду, язык так и мелькал.
— Что, хорошая вода? — спросила Нкечи, наблюдавшая за нашей идиллией.
— Отличная, что просто удивительно, — я подал ей кружку.
— Нет, я как-нибудь потом, — она посмотрела на посудину с подозрением. — Вдруг она на более глубоком уровне действует.
— Ну как знаешь. О, точно действует! Пойду-ка я в кустики…
— А я говорила! — сказала Нкечи.
— Шучу, — решил я ее не смущать окончательно.
Пес посмотрел на меня с неодобрением и скрылся в зарослях. Точно мочегонная, услышал я еле слышное журчание. Ну ничего, почки прочистит.
Я присел на один из анкерков, и посмотрел на процессию — туда с пустыми, обратно в шлюпку уже вдвоем, тяжелая ноша. Зато потом в плавании пригодится. Моя работа — наблюдать и бдить, это потом я уже обработаю все бочонки Дурным Глазом, чтобы никакая плесень и бактерии не завелись. А пока сижу и наблюдаю за одной из тех вещей, на которые можно смотреть вечно.
— Ну что, ты что-нибудь обнаружила? — спросил я у подошедшей Нкечи.
— Нет, все чисто. Но у меня нехорошее предчувствие, — покачала головой она.
— Ничего. Скоро обратно отбудем.
И тут я почувствовал бунт мочевого пузыря — выпитая вода требовала выхода.
— Подожди, я скоро, — сказал я Нкечи и Другу, и пошел искать пятый угол.
Да где же встать так, чтобы не видели? Я же не эксгибиционист какой-нибудь! Вон, там, где заросли, зелень погуще и попышнее, пойлу-ка я туда. Я и сам не заметил, как ноги меня занесли в самую чащу. И тут я обо что-то споткнулся. Я глянул под ноги…
Кости. Нет, не человеческие. Скелет, обтянутый пергаментом, принадлежал эльфу. Истлевшая матросская роба, рассыпавшийся хлопьями ржавчины кинжал, от которого осталась одна бронзовая рукоятка. Перед смертью эльф пытался выцарапать что-то на обломке известняка, лежавшего перед ним. Я наклонился над плитой… Все, что я смог разобрать из его каракулей — «Смерть», «ночь», «ужас».
Меня слегка передернуло. Все-таки моряки не врали, рассказывая эти страшилки. Вот оно, живое, точнее, неживое подтверждение их правоты. И лежит оно довольно давно, сколько точно — не скажу. В местном жарком и влажном климате это определить невозможно. Кто он был — отбившийся член команды или высаженный на берег преступник? Скорее, первое — кинжал у него остался. Я чувствую, что он мог быть не один. Но капитану я докладывать не буду, И просить его обойти остров на предмет обнаружения других останков — тоже. Не надо пугать и без того суеверного старого моряка. А заодно и наталкивать его на другие мысли.
Через пять минут я вышел обратно к озерцу.
— Что с тобой такое? — спросила Нкечи. — Ты, как будто, привидение увидел.
— Что-то около того. Не бери в голову.
— Господин маг, мы закончили, — помахал мне рукой один из матросов. — Уходим!
— Ну уходим так уходим, — ответил я. И правда, наступил мандраж после предчувствия Нкечи и моей находки.
Мы спустились за матросами по тропе и с облегчением сели в шлюпку. Негостеприимный остров, надо сказать. Поэтому я расслабился только после того, как мы оказались на корабле и капитан, подняв якорь, приказал удаляться на всех парусах от острова, как будто за ним гнались все морские черти, вместе взятые. Теперь я его понимал. Мой скепсис развеялся, но вот научный интерес — нет. Ничего, когда я буду сам себе капитан, я обязательно еще побываю здесь и выясню, что за чертовщина там творится.
— Парус на горизонте! — раздался крик впередсмотрящего.
— Вот черт! — капитан выбил трубку о планширь. — Надеюсь, уйдем под покровом ночи.
— Тоже за водой?
— Скорее всего.
— А разве перемирие на водопое не действует?
— Это только в сказках про добрых и милых зверушек, которые могут пить воду рядом. Разумные, увы, к добрым и милым не относятся.
— Нам что-то грозит?
— Зависит от того, кто на этом корабле. Хотя вряд