Знающий не говорит. Тетралогия

доверенным лицом и молочным братом. Так было двадцать пять лет назад, и, если судить по драгоценностям и дорогой одежде лорда Рувина, ничего за эти годы в его положении не изменилось. В любом случае высокий господин с аккуратной бородкой, седыми висками и утомленным заботами лицом представлял здесь власть герцога. Ириен шагнул вниз со ступенек. Эльф и человек слегка поклонились друг другу, прежде чем сомкнуть руки в пожатии, как равные.
– Какая неожиданность, лорд Рувин. Давно не виделись, – сказал эльф, стараясь держаться как можно дружелюбнее. – Как вы меня нашли?
Тот сощурил темные, с орочьей желтизной глаза, широкие брови сошлись над переносицей в глубоком раздумье. Внимательный, любопытный, опытный в жизни человек, видевший на своем веку достаточно худого и доброго, чтобы делать свои собственные выводы. Человек, вступивший в пору увядания тела, но не разума, острого и незаурядного.
– Проще простого. Стражники с заставы доложили об эльфе с двумя мечами, въехавшем в город вместе с молоденькой девушкой. Я сразу догадался, о ком речь, хотя, признаюсь, не ожидал свидеться в этой жизни. А где же еще искать заезжего эльфа, как не в его бывшем жилище? В своей привязанности к прошлому вы удивительно предсказуемы. Двадцать пять лет уж прошло, а все равно тянет на былое пепелище. Я даже стал держать пари сам с собой, через сколько дней вы объявитесь на улице Трех Коней.
– И кто выиграл? – кисло поинтересовался Ириен.
– Я, конечно. А что за девица была с вами?
– Дочка одного старого орфирангского друга Я привез ее под присмотр к родному брату. Птиер Виним, письмоводитель, можете проверить.
– Уже проверил, – усмехнулся лорд Рувин в ответ на красноречивый взгляд Ириена. – Служба у меня такая, чтобы все проверять и все знать.
Меж ними лежало ледяное поле отчуждения, не преодолимое ни с одной стороны. Четверть века сделали свое черное дело. Времена, когда Ириен чувствовал вину за то, что его собственное лицо с возрастом почти не меняется, в отличие от облика людей, чьи годы становятся, кроме всего прочего, еще и морщинами, давным-давно миновали. Настоящей вины в том и быть не могло, а причины для терзаний и переживаний находились более существенные. Но одно Ириен успел узнать и запомнить твердо. Нет для людских глаз вида горше, чем молодое лицо эльфа, годящегося по возрасту в прапрадеды и помнящего их обладателя юным и красивым. Этого люди эльфам не прощают никогда.
– Вы всегда были крайне любопытны, милорд, – вздохнул Ириен.
– Не столько любопытен, сколько внимателен к мелочам, – поправил эльфа Рувин.
– Иногда это одно и то же, – буркнул себе под нос Ириен. – Чему обязан подобной честью? Ведь не каждого же заезжего чужестранца в Ритагоне встречает сам лорд… э-э-э?.. – Он вопросительно посмотрел на собеседника.
– Просто лорд-советник, – многозначительно усмехнулся тот. – К чему церемонии между давними знакомыми? Но вы правы, господин Альс, лично для вас я сделал исключение из правил, в знак былой дружбы, так сказать. Были ведь в нашей жизни и такие времена, не правда ли?
Эльф согласно, но не слишком охотно кивнул. Немалый опыт подсказывал ему прямо в заостренное эльфийское ухо, что если люди ни с того ни с сего начинают навязчиво предлагать предаться совместным воспоминаниям о «старом добром времени», то ничего хорошего ждать не следует, а следует это самое ухо не на шутку насторожить. Особенно если хочется сохранить при себе и уши, и другие части тела.
– Столько лет прошло, столько всего произошло, есть о чем порассказать в кругу друзей. Я осмелюсь предложить себя в спутники, потому что его светлость приглашает вас в замок Асиз. В качестве почетного гостя, разумеется.
При желании Ириен мог бы услышать, как в доме напротив стрелок скрипит колесиком, натягивающим стальную тетиву на самостреле. Но прислушиваться не имело особого смысла, эльф и так прекрасно понимал, что происходит. Незаметные парни из сопровождения лорда-советника не зря коснулись оголовий своих мечей. Бояться Ириен не боялся. Опять же при огромном желании от охраны можно отбиться, но эльф пока не видел никакого смысла в сопротивлении и неизбежном в таком случае кровопролитии. В том, что герцог Норольд настоятельно желает его видеть, еще ничего страшного нет. А методы… они у каждого господина свои.
– Так вы согласны?
– С удовольствием, – согласился Ириен, пожимая плечами.
А куда было деваться?
Теплый полуденный ветер, пахнущий листвой и морем, терзал флаги над крепостной стеной, длинные плащи стражников, волосы женщин и гривы коней. Странно, но в Нижнем городе совершенно не ощущалось, что день выдался такой ветреный.
В сопровождении лорда