История загадочной реликвии – уникального уральского сервиза «Золотая братина» – и судьба России переплелись так тесно, что не разорвать. Силы Света и Тьмы, вечные христианские ценности любви и добра и дикая, страшная тяга к свободе сплавлены с этим золотом воедино.
Авторы: Минутко Игорь
Был третий час дня. Изнывали на своих точках «пастухи»: один, изображая подвыпившего забулдыгу, на скамейке в чахлом скверике двора-колодца, второй – в потрепанном «Москвиче» с мощным двигателем у ворот арки во двор.
Ожидая вестей в своем кабинете на Лубянке, Миров взглянул на часы – без четверти три. «Слава богу, – думал Вениамин Георгиевич, – после краткого доклада на самом „верху“ дали „добро“, – с документами и авиабилетом в Рим все решилось. А вот в архиве – неясно, похоже, ничего не получается… И чего Арчил не звонит?…»
В это самое время в маленькое кафе на старом Арбате вошел человек неопределенного возраста, с помятым, испитым лицом, небрежно и старомодно одетый – в мешковатый чесучовый, давно не чищенный костюм, какие были модны чуть ли не в пятидесятые годы, – и зорко осмотрелся по сторонам. Кафе было пусто, занято только два столика, и за одним из них, в темноватом углу, сидели два молодых человека: один – в очках, сухощавый, другой – боксерского телосложения, на короткой сильной шее прочно сидела маленькая голова почти квадратной формы. Перед молодыми людьми стояла наполовину пустая бутылка водки «Смирнофф» и холодная закуска. Новый посетитель кафе направился к этому столику, подойдя, молча сел, выплеснул из фужера остатки фруктового сока в цветочную вазу с засохшими астрами, которая стояла на столе, не говоря ни слова, налил себе водки, залпом выпил, вытер губы рукавом.
– Ну, Марик, выкладывай, – сказал короткошеий. – Уж больно ты долго…
– Сначала определимся с гонораром. – Голос у Марика был густой, простуженный.
– Еще вчера вроде бы определились, – тихо напомнил молодой человек в очках. – Два «лимона».
– Пять, – последовал ответ. – Вчера я недооценил степень риска и сложности.
– Да ты… – Боксер, привстав, похоже, собрался взять Марика за грудки.
– Спокойно, Кол, – властно прошептал Очкарик. – Уймись. – Он повернулся к Марику: – Ведь вы сами, Марк Давидович, вчера согласились на два миллиона. А уговор…
– Нет, юноша, – перебил Марик, – не дороже денег. Я рискую жизнью. А жизнь человеческая бесценна. Я давно с ними работаю и знаю, что меня ждет, если…
– Хорошо, пять, – перебил Очкарик. – И скорее – мы в цейтноте.
– Они работают на пару. Один во дворе на лавочке. Под алкаша косит. Его напарник «спит» в машине.
– Где стоит машина? Марка, номер?
– Информация о машине после получения гонорара. – Марик был совершенно спокоен.
– Придушить бы тебя на месте, гнида, – еле слышно прошептал Боксер, с ненавистью глядя на бывшего информатора КГБ, теперь по наследству перешедшего в этом же качестве в ФСБ.
– Заткнись, Кол! – приказал Очкарик, вынул из кошелька-сумки, пристегнутого к поясу, банковскую упаковку стотысячных купюр и внимательно отсчитал необходимую сумму.
Наблюдая за его действиями, Марик произнес спокойно и даже с сожалением:
– Кол, а ведь под твоим лбом и двух извилин не будет. Если одна есть – уже благо.
Тот не нашелся с ответом, а Очкарик протянул пачку купюр сексоту.
– Прошу, Марк Давидович. Итак?…
Марик, не пересчитывая, сунул деньги в глубокий внутренний карман своего чесучового пиджака и сообщил:
– Старый синий «Москвич» у ворот дома справа, номер X 33–57 МТ.
Очкарик поднялся из-за стола.
– Пошли, Кол. А вы, Марк Давидович, можете еще промочить горло, «смирновская» водочка отменна. Бесплатное приложение к гонорару. За информацию.
– Благодарю, не премину воспользоваться, – невозмутимо сказал Марик.
Молодые люди углубились в клокочущий торговый Арбат, заполненный пестрой праздной толпой, и свернули в переулок Аксакова. Возле магазина «Сказка» приткнулся черный «мерседес» с затемненными стеклами, водителем которого был светловолосый детина лет тридцати, с желтыми глазами в крапинку и широким приплюснутым носом со слегка вывернутыми ноздрями. Звали его в кругу своих Бобом, а женщины ласково – Бобиком. Когда Кол и Очкарик сели в машину, Боб, откинувшись на удобную спинку сиденья, не без интереса продолжал наблюдать за проходящими мимо девушками, рассуждая про себя, каким способом он трахнул бы ту или иную.
– Ну? – спросил он, прервав свои волнующие наблюдения.
– Все о’кей! – сказал Очкарик. – Сошлись на пяти. Так что еще пять в запасе осталось. – Он взял телефон сотовой связи, лежащий на заднем сиденье, набрал номер.
– Говори, сынок, – прозвучал старческий мужской голос с хрипотцой, характерной для людей давно и много курящих.
– Мы их знаем, Батя. Они на машине.
– Начинайте. На каждом этапе держите меня в курсе. С Богом, сынок.
Очкарик передал телефон Бобу:
– Звони своей
