История загадочной реликвии – уникального уральского сервиза «Золотая братина» – и судьба России переплелись так тесно, что не разорвать. Силы Света и Тьмы, вечные христианские ценности любви и добра и дикая, страшная тяга к свободе сплавлены с этим золотом воедино.
Авторы: Минутко Игорь
в тихом зеленом переулке, который впадает в Малый проспект на Васильевском острове; от этой заправки до Морского вокзала рукой подать. В очереди за девяносто третьим бензином стояло пять или шесть машин, и «мерседес» пристроился им в хвост. И тут же от пестрой палатки с прохладительными напитками и прочим, оставив на столике под разноцветным зонтом недопитую бутылку кока-колы, к машине направился коренастый бородатый человек в темных очках, в модном летнем костюме свободного спортивного стиля, с черным кожаным кейсом в левой руке. И был это не кто иной, как граф Александр Петрович собственной персоной. Из микрофургона ему навстречу вышел господин Дакунин. Мужчины крепко обнялись и несколько мгновений не могли сказать друг другу ни слова от волнения и, очевидно, переполнявших обоих чувств. По щекам Василия Никитовича, иссеченным глубокими морщинами, текли слезы.
– Как? – наконец спросил он.
– Все в порядке. Ворота в пакгаузе.
– Ян?
– Он тоже здесь. Ждет нас в порту. Сегодня смена, в которой наши люди, мы с ними плотно работали последние годы. То есть работаем по запасному, экстремальному варианту. Но ты не волнуйся: все схвачено, Батя. Главное – успеть погрузиться в эту смену, она сменится в двенадцать часов дня.
– Успеем?
– Обязательно успеем.
– Когда отправление?
– Завтра утром, в десять двадцать.
– Главное – сейчас проехать территорию порта и к пакгаузу, где…
– Не волнуйся… повторяю: не волнуйся… – перебил Александр Петрович. – Все будет в порядке. Документы при мне. – Он хлопнул рукой по кейсу. – Всем уплачено, везде подмазано, нас ждут. А вы как доехали? Без осложнений?
– Почти.
– А с нашими людьми?
– Все по плану, – вздохнул господин Дакунин.
– Ладно! Поехали! За рулем Мишель?
– Он.
– Отлично! Скоро обо всем поговорим подробно. У нас, Батя, впереди долгий-долгий путь.
– Будем надеяться…
Граф Оболин и господин Дакунин сели в микрофургон, захлопнули дверцы, машина осторожно вырулила из очереди, развернулась, выехала на Малый проспект, строго соблюдая скорость в шестьдесят километров, катила в негустом потоке городского транспорта к Морскому вокзалу.
Это место еще два года назад выбрали Мартин Сарканис и владелец мастерской по ремонту легковых машин Карл Вульф. Правильнее сказать, предложил его Карл, ярый охотник, – он исходил со своей двустволкой все окрестные места. В двадцати километрах от Кауфбау и примерно в сорока от замка Вайбер, если по прямой, ненадолго расходились две невысокие горные гряды, покрытые лесом, чтобы через полтора километра опять слиться воедино. Образовывалось обширное плато, поросшее мелким кустарником, перемежаемым полянами. В левом краю плато возникал из расселины горных пород небольшой ручей с сильным напором воды, устремлялся круто вниз, уже через горный лес. По лону этого ручья кратчайшим путем можно было выйти на шоссе, ведущее из Центральной Германии к замку Вайбер, которое делало затяжные, медленные петли по горным склонам.
Пожалуй, никто, кроме местных охотников, не знал ни этого плато, ни ручья, ведущего к шоссе, обозначенного на военных картах немецкого рейха как стратегическая дорога № 018. Когда Карл привел сюда Мартина Сарканиса, когда, осмотрев плато, они прошли по ручью до шоссе, Мартин сказал:
– Здесь. Лучшего места не найти. Молодец, Карл!
Координаты этой точки на земле Баден-Вюртемберг были переданы в Москву, в доме на Лубянской площади, корректируя через шифрованную связь с Сарканисом детали и подробности, стали разрабатывать план акции, получившей впоследствии название «Захват». На случай экстремальной ситуации.
Часы показывали два часа пятьдесят минут. Карл Вульф напряженно смотрел вверх. Небо над плато светлело – собиралась подняться луна. Карл стоял в центре равнобедренного треугольника (каждая сторона по пятнадцать метров), в углах которого пылали яркие костры. Все было выполнено в полном соответствии с формулой «Треугольник». На востоке в белесом небе возникла черная точка и стала постепенно увеличиваться… Послышался отдаленный, заглушенный расстоянием рокот моторов.
«Наконец-то! – с облегчением вздохнул Карл Вульф. – Цел. И минута в минуту!»
Небольшой десантный самолет летел без опознавательных знаков. Десять бойцов отряда особого назначения войск НКВД сидели у круглых иллюминаторов, за которыми плыла тоже
