История загадочной реликвии – уникального уральского сервиза «Золотая братина» – и судьба России переплелись так тесно, что не разорвать. Силы Света и Тьмы, вечные христианские ценности любви и добра и дикая, страшная тяга к свободе сплавлены с этим золотом воедино.
Авторы: Минутко Игорь
о том, как идет прочесывание местности вокруг коттеджей. Пока никаких результатов. И в определенном смысле это радовало Вениамина Георгиевича: значит, «БМВ» с драгоценным грузом не удалось вырваться из кольца оцепления и, может быть, сужающееся кольцо именно сейчас выводит его людей к той точке, где спрятана машина.
И еще руководитель операции «Золотая братина» с нарастающей тревогой и беспокойством ждал звонка из Рима – от Арчила. Зазвонил городской телефон.
– Здравствуйте, Вениамин Георгиевич! Я тут забегался по делам – столько всего накопилось… Секретарь мне передала, что вы звонили.
– Здравствуйте, здравствуйте, Иван Кириллович! Рад вас слышать. Как самочувствие?
– Абсолютно здоров! И простите, тоже вопрос: как? что?…
– Одно могу сказать… – Миров поймал себя на мысли, что сейчас поделится с директором музея тем интуитивным ощущением, которое пока никогда не подводило его. – Одно могу сказать: в течение ближайшего времени… ну, скажем, суток… в течение суток все разрешится. И я, Иван Кириллович, надеюсь на благополучный исход.
– Дай-то бог! – вырвалось у Любина.
– А теперь, Иван Кириллович, мой вопрос. Уж извините, крайне ограничен во времени. Скажите, пожалуйста, Никодим Иванович Воротаев… – Зазвонил внутренний телефон. – Один момент! Не кладите трубку.
– Хорошо, Вениамин Георгиевич.
– Да?
– Вениамин Георгиевич, ваш заказ выполнен. Три описи «Замок Вайбер, Пауль Кауфман – Н. Н. Толмачев» ждут вас в седьмом зале спецхрана.
– Благодарю! – Сердце Мирова учащенно забилось. – Через пятнадцать минут буду у вас. – Он положил трубку. – Иван Кириллович, скажите, Воротаев за все время вашей совместной работы в музее никогда не заводил с вами разговоров о «Золотой братине», об исторической судьбе сервиза, о том, почему отсутствует одно блюдо, где оно?…
– Простите, Вениамин Георгиевич, что перебиваю. Отвечаю: никогда! Если хотите уточнений, скажу так: складывалось впечатление, что этого человека вообще не интересуют экспонаты музея. Охрана, инструктажи по охране, точность, дисциплина – и в этом весь Воротаев.
– Спасибо… – Миров ненадолго задумался. – Мы еще поговорим с вами на эту тему более подробно. А сейчас, простите, спешу. Будут новости – первым их узнаете вы.
– Звоните, Вениамин Георгиевич, в любое время дня и ночи.
Спецархив бывшего КГБ закрыт для исследователей до сих пор. Часть его по шкале специализации новых структур, образовавшихся после реформирования громоздкого ведомства на Лубянке, перешла в ведение ФСБ. Спускаясь в подземные этажи архива, Вениамин Георгиевич Миров думал: «Да, познакомившись с историей „Золотой братины“ по папкам Любина, можно предположить, что есть еще одна сторона, стремящаяся завладеть сервизом. Вернее, могла быть, если учесть Никиту Толмачева. Хотя это давно прошедшее время. И я поделился этими мыслями с Арчилом. А Табадзе пошел дальше. Не бывает только прошедшего времени, – сказал он мне тогда. Надо еще раз признать, что это уникальный аналитический мозг, гениальный прагматик. Программа совершенна, когда она рождается не в металлических недрах компьютера, а в голове человека и в процессе участвуют душа, эмоции, сердце. В этом, по-моему, что бы мне ни говорили, принципиальная разница. И пока у России есть такие специалисты, как Арчил Табадзе, мы не пропадем. Ведь это он, изучив за одну ночь материалы в папках Любина, додумался и предположил: есть архив замка Вайбер. И сразу навел о нем справки. Ведь американцы, первыми появившиеся в замке весной 1945 года, потом, по специальной договоренности на самом верху, все ценности, которые там оставались к моменту появления союзников, и все захваченные документы передали советской стороне. Не знаю, не знаю… Но я чувствую… Чувствую: сейчас в зале № 7 спецхрана меня ждет нечто… Открытие? Потрясение?»
Седьмой зал был невелик, скорее – большая комната: несколько столов, похожих на школьные парты, на каждом – настольная лампа под белым металлическим абажуром.
– Здравствуйте, Вениамин Георгиевич, – приветствовал Мирова молодой человек в синем халате. – Для вас все подготовлено. Мне и нашего переводчика пришлось из выходных выдергивать.
– Не понимаю… Молодой человек улыбнулся:
– Ваш заместитель Арчил Тимурович достал меня вчера вечером в прямом смысле – знаете где? На водной спортивной базе под Истрой!
– Да как же он мог вас достать? – изумился Миров. – Ведь он вечером улетел в Рим!
– Нас достал его коллега… Простите, забыл фамилию. Скажу одно: на спортбазу за мной приехал милиционер на мотоцикле с коляской. К тому же в Москве мне была вручена краткая инструкция Табадзе. По ней мы и
