История загадочной реликвии – уникального уральского сервиза «Золотая братина» – и судьба России переплелись так тесно, что не разорвать. Силы Света и Тьмы, вечные христианские ценности любви и добра и дикая, страшная тяга к свободе сплавлены с этим золотом воедино.
Авторы: Минутко Игорь
и хладнокровно уничтожены. Свидетелей не должно оставаться…
– Даже Таисия Комарова! – вздохнул Миров.
– Думаю, это приказ Дакунина-старшего, – предположил Арчил. – Мне кажется, я проник в его логику: наверняка Боб, то есть Борис Миротворский, своей молодой жене мог между поцелуями что-то рассказать. Кстати, характерно – из команды Дакунина нам известны семь трупов: Боб с Таисией Комаровой, Кол, двое в «БМВ». Кто им стрелял в затылки?…
– Третий. Тот, кто был в машине, – пояснил Вениамин Георгиевич.
– Да, эксперты склоняются к этому… И два трупа во взорванном «линкольне». Я не удивлюсь, Иван Кириллович, если ими окажутся ваши «телохранители». Только как это узнать? Главное в другом. Кто все эти ребята? Они никому не известны. Их никто не ищет. А Борис Миротворский, Боб, – детдомовский. Из Самары. Сбежал от воспитателей, которые дали ему эту идиотскую фамилию – Миротворский, поскитался по России, наконец осел в Москве, примкнул к группе рэкетиров, женился на вдовушке с однокомнатной квартирой. Обычная история. И его никто не ищет, не оплакивает. Вы понимаете, каких парней подбирал себе Василий Никитович Дакунин?
– Теперь моя инициатива, – сказал Любин. – По глоткý коньяка.
– Поехали! – поддержал Миров. Выпили и некоторое время молчали.
– Тогда у меня два вопроса, – нарушил молчание Любин. – Зачем Никите Васильевичу Дакунину, так блестяще исполнившему роль графа, понадобилось вам рассказывать о поездке в Ораниенбаум, о покупке ворот, о том, как он собирается переправить их домой? Ведь если бы мы с вами об этом не знали…
– Правильно! – обрадовался Арчил. – В самую точку! Если бы нам это было неизвестно, вряд ли «Золотая братина» вернулась бы в музей. Но семейка Дакуниных была уверена в том, что нам это известно! А было так. За два месяца до своего предполагаемого визита в Москву граф Оболин… настоящий граф, Алексей Петрович, написал вам письмо с просьбой помочь ему в приобретении этих ворот, у него с властями Ораниенбаума возникли какие-то осложнения. Об этом письме и его содержании знал слуга Никита Дакунин, с ним граф советовался по многим вопросам, полностью доверяя ему. Но письмо не было отправлено, и этого-то Никита как раз не знал!
– Так что же произошло? – не понял Иван Кириллович.
– Графиня Екатерина Андреевна и ее сын – друзья, она считает себя его домашним секретарем, в частности ведает всей его перепиской. Вот она и не отправила вам то письмо, посчитав неудобным, некорректным обращаться с подобной просьбой к незнакомому человеку. Тем более коли граф везет блюдо… Может быть воспринято, посчитала графиня, как плата за то, что блюдо будет возвращено. Так она потом объяснила свой поступок сыну, и он с ней согласился. А Никита Васильевич не знал об этом. Он считал, что письмо ушло в Москву.
– Вот оно что!.. – воскликнул директор музея. – Да, да, теперь я припоминаю. В нашу первую встречу он что-то лепетал мне об этом письме, а я, грешным делом, подумал, что не обратил на него внимания или не прочитал, и тоже лепетал какую-то ерунду в свое оправдание. До сих пор неудобно.
– Считайте, что всем нам крупно повезло, – подчеркнул Арчил Табадзе. – А вообще… Я думаю, что такой поворот событий – послание свыше. У «Золотой братины» судьба, которая решается не здесь, не на земле, а мы лишь исполнители этой судьбы, статисты.
– Что ты говоришь, Арчил? – изумился Миров.
– Что думаю, что чувствую – то и говорю. А какой второй ваш вопрос, Иван Кириллович?
– Что? Второй вопрос? Ах да… Мне непонятно, зачем Никите Дакунину нужно было говорить мне о фирме «Амулет», в которой он нанял телохранителей?
– Ну, это проще, – улыбнулся Табадзе. – Во-первых, Дакунин и компания рассуждали здраво: «графу» необходимо появиться в музее со своими двумя соучастниками, которые специально, помимо всего прочего, натренированы… Я имею в виду удары, что были нанесены вам и лжеграфу, особенно ему, с рассечением кожи головы. Кстати, чтобы согласиться на получение такого удара, хотя и точно рассчитанного… Нужны железная воля и стойкие убеждения в своей правоте. Так вот, Дакунины здраво рассудили: услышав, что граф направится к вам с телохранителями, вы тут же поинтересуетесь, откуда они, а узнав название фирмы, позвоните в справочную: есть ли такая фирма? Кстати, любой на вашем месте поступил бы именно так. Вы слишком доверчивы, Иван Кириллович.
– Да уж… – вздохнув, добавил Миров.
– Это на первом этапе. А во-вторых, им потом просто надо было вывести нас на исчезнувшую фирму «Амулет», которая причастна к похищению сервиза, что, как это ни парадоксально, соответствует действительности. Но цель у них конкретна: пустить нас по ложному следу здесь, в Москве,
