Новый роман воронежского писателя Валерия Барабашова посвящен проблемам, волнующим сейчас все наше общество, — борьбе с организованной преступностью. Действие его развивается в наши дни в одном из городов средней России. Роман отличается острым, динамичным сюжетом, здесь есть все присущие детективному жанру слагаемые — убийства, погони, угон самолета и т. д. Действующие лица — сотрудники КГБ, военнослужащие, работники местного завода «Электрон», а также преступные элементы. Действие романа разворачивается на фоне сложной внутриполитической и экономической обстановки в стране.
Авторы: Барабашов Валерий Михайлович
любящего сына. А отцу купи сигарет.
— Да, Зоя, — поддержал Русанов-старший. — Сигареты если попадутся, привези.
— Ладно, ладно, — обещала Зоя, развешивая на кухне выстиранное. — Витя, снимешь потом, — сказала она мужу. И позвала Сергея, стала дотошно расспрашивать его:
— Сережа, ты с кем идешь в кино? Со Светланой? Говори честно.
— Мам, я иду с ребятами, чес-слово!
— Сережа, ты знаешь, я хорошо относилась к этой девочке, когда вы учились в школе. Принимала ее в доме, привыкла к ней. Но теперь, после всего случившегося… Разбитое — не склеишь.
Сергей повесил голову на грудь, молчал.
— Я хочу тебе добра, сын, — настойчиво и мягко продолжала Зоя. — Это очень ответственный шаг — союз мужчины и женщины. Ты уже взрослый человек, много читал, видел. Я должна с тобой говорить откровенно, как женщина-врач и мать.
— Я ее люблю, мама.
Говоря эти слова, Сергей видел Светлану перед собой — ту, лесную, ласковую и покорную ему, чувственно-прекрасную и одновременно раздражающе чужую, сказавшую ему на прощание жесткое: забудь меня! Но для него эти слова совершенно ничего не значили, он понял их по-своему, они только придали ему силы. Да, Светлане стыдно перед ним, она не хочет обременять его своей дочкой, она виновата. Но что все это значит теперь, когда он познал ее как женщину, наговорил ей столько хороших, ласковых слов, и они, эти слова, были правдой, истиной, выразили его отношение к ней, несмотря ни на что! И как он теперь может отказаться от них? Он готов повторить их, говорить всегда, утром и вечером, днем и ночью, добиваться того, чтобы она, Светлана, могла их слышать, чтобы она всегда была рядом — его женщина, его любовь. Почему этого не хотят понять родители — умные, образованные люди? Разве они сами не были молодыми, разве они не помнят себя двадцатилетними? Ведь Светлана попала в беду, доверилась проходимцу, легкомысленному человеку, что ж теперь?! Он, Сергей, готов простить ее и простил, готов воспитывать ее маленькую чудную дочку, помогать Светлане во всем. Разве мало он пережил, ждал, думал о пей в армии, в госпитале?! Зачем же снова говорить об этом? Пусть Светлана успокоится, он поговорит с ней откровенно, по душам, убедит ее в искренности и надежности своих чувств…
— Сережа, я могу тебя понять… — начала было Зоя. Но сын мягко попросил ее:
— Мам, не надо об этом сейчас, ладно? Я потом тебе все скажу. Ты езжай, отдыхай…
Голос Сергея был взволнованным, заметно дрожал, в ласковых его больших глазах блеснула нежность.
«Бог ты мой, да он просто без ума от нее!» — с содроганием подумала Русанова, понимая, что действительно нужно сейчас прекратить этот серьезный разговор, отложить его на потом. Вот вернется она из отпуска, сама пойдет к Светлане, поговорит с ней, как женщина с женщиной. Скажет ей недвусмысленно и прямо: оставь нашего парня, милая. У тебя была возможность стать ему подругой жизни, ты же плюнула ему в душу. Зачем теперь будоражить прошлое, зачем бегать к нему на свидания, соблазнять?
«Я найду, что ей сказать, найду, — решительно размышляла Зоя, гремя в раковине посудой. — Пусть обижается на меня, ее право. Но ты не кошка, чтобы ластиться к каждому, должна была подумать о Сергее, если питала к нему хоть какие-нибудь чувства…»
Думая так, Зоя одновременно и корила себя за конечно же грубые мысли (она понимала, что Сергей может поступить по-своему, и ей придется с этим смириться), но все равно чувство оскорбленности не покидало ее, жалость к сыну умножала ее силы к сопротивлению, ярко зримая картина — Светлана входит в их дом с ребенком — пугала Русанову до холодного пота. Нет-нет, этому не бывать! Жизненный и профессиональный опыт подсказывал ей, что Светлана подает себя Сергею лучше, чем есть на самом деле, а он, глупый, верит.
«Да открой ты глаза, Сережа! — хотелось ей крикнуть. — Посмотри на свою Светлану глазами родителей — что в этом плохого?! Мы ведь прожили уже по две твоих жизни, знаем за десятерых! Почему же ты упрямишься, не хочешь прислушаться к тому, что говорит само сердце твоей матери? Оставь Светлану, найди другую девушку!… Да, и мы с отцом были молодыми, и мы сходили с ума, но человек потому и человек, что контролирует свои поступки, помнит и заботится о чистоте и нравственности, о принципиальности и долге…»
Все это, волнуясь, Зоя все же высказала сыну, но Сергей слушал родительскую ее тираду спокойно. Может быть, она не нашла нужной, доверительной интонации пли слишком волновалась — мысли ее были глаже и убедительнее, чем слова, — может, она просто не знала того, что знал и чувствовал Сергей, а значит, они просто не понимали сейчас друг друга.
Сергей виновато улыбнулся, встал с кухонного табурета,
