Новый роман воронежского писателя Валерия Барабашова посвящен проблемам, волнующим сейчас все наше общество, — борьбе с организованной преступностью. Действие его развивается в наши дни в одном из городов средней России. Роман отличается острым, динамичным сюжетом, здесь есть все присущие детективному жанру слагаемые — убийства, погони, угон самолета и т. д. Действующие лица — сотрудники КГБ, военнослужащие, работники местного завода «Электрон», а также преступные элементы. Действие романа разворачивается на фоне сложной внутриполитической и экономической обстановки в стране.
Авторы: Барабашов Валерий Михайлович
по этой ниточке, деревянной струне, разделявшей жизнь и смерть, шел еле дыша, еле передвигая ноги, цепляясь пальцами за выступы, унимая, успокаивая словами клокотавшее у самого горла сердце, проклиная ментов и госбезопасность — ведь это они, не иначе, гонятся за ним, молил эту узенькую доску под ногами, чтобы она выдержала, не оборвалась, чтобы выдержали уголки и брусочки, за которые он цеплялся стынущими от холода и напряжения руками. Он старался не думать о бездне под ногами, о той страшной высоте, на которой находился, он думал только о том, что держало, спасало его жизнь, чему он так отчаянно доверился.
Таким образом, в страшном нервном напряжении, буквально по миллиметру перебирая пальцами, он прошел две лоджии, забрался в третью, уже не застекленную, открытую ветрам и свободе, малость передохнул в ней, а потом полез этажом выше. Мокрый, обессиленный, свалился он на крашеный холодный пол убранной на зиму лоджии, с наметенным сугробиком снега. И только сейчас, чувствуя ногами, руками, всем неистово дрожащим телом твердь пола лоджии, понял, какому смертельному риску он себя подвергал — и содрогнулся!…
Потом он мышкой сидел в лоджии, трясясь уже от холода (не успел даже куртку надеть, был в легком джинсовом костюме), слышал, как его искали, как переговаривались чекисты, как докладывали какому-то Русанову, что «Дюбеля нигде нет».
И все же кто-то из них догадался, какими именно путем ушел он с того балкона. Стукнула вдруг над головой Дюбеля балконная дверь, две головы свесились с поручней лоджии, торчал между ними ствол автомата.
— Вот он! — радостно сказал молодой голос.
Генка выхватил пистолет, передернул затвор, и тут же утренний морозный воздух пропорола решительная автоматная очередь.
— Дюбелев! Оружие вниз! Слышал, нет? Стреляем! Генка понял, что он должен выбирать между жизнью и смертью.
Пистолет полетел вниз, на заснеженную далекую землю, к ногам оперативника, державшего наготове свой «Калашников»…
Его вывели через распахнувшуюся балконную дверь, заломили руки, надели наручники. Он окончательно убедился, что взяли его чекисты, что Русанов — за старшего у них, прошипел ему в лицо: «Рад, чекистская шкура? Поймал…»
Врач, лечащий Воловода, сообщил Русанову, что с ним можно поговорить, но недолго — больной еще очень слаб.
— Хорошо, понял. Спасибо, что позвонили. Я сейчас же выезжаю.
Он купил у себя в буфете яблок и банку какого-то сока — не принято же являться в больницу с пустыми руками, да и фрукты в любом случае пойдут больному на пользу.
Доехал быстро, по широкой больничной лестнице шагал размашисто, через ступеньку, потом сбавил шаг, невольно застыдившись: то и дело попадались ему навстречу перебинтованные, на костылях люди. Многие смотрели на него — здорового и сильного — с завистью, а иные — с укоризной: ну что вы, товарищ, скачете со ступеньки на ступеньку?
Воловод лежал в светлой, просторной палате один, весь, до горла, в гипсе, с толстой (также гипсовой), подвешенной на блоке ногой. Увидев Русанова, улыбнулся обрадованно, сделал невольную попытку привстать. Подал слабую горячую руку, пропахшую лекарствами, смотрел измученными синими глазами.
Русанов сел на шаткий белый табурет, посочувствовал Воловоду:
— Ну и заковали тебя, Андрей Николаевич. Как рыцаря в доспехи. С головы до пят.
— Да уж, в доспехи, — слабо улыбнулся Воловод. — И ребра поломаны, и нога… Крепко он меня саданул, ничего не скажешь.
— Бил насмерть, Андрей. Иллюзий тут строить нечего.
— Я понимаю, — печальным эхом отозвался Воловод. — Я потом, когда очнулся, вспомнил все. Убегал же от этого желтого «пикапа», хорошо это помню. Он вполне мог свернуть в сторону, если бы собирался это сделать. Но догнал, сволочь.
— Андрей, мы еще об этом поговорим. Пригласим следователя, из ГАИ. Парень, что тебя сбил, задержан, проходит сейчас медицинское обследование. Он не спрятался, не сбежал — в «Скорую помощь» помог отвезти. Видишь, как действуют? Мораль на его стороне. И техническая экспертиза тоже — лопнул тормозной шланг, специалисты это подтвердили. Получается — несчастный случай. Но это для дилетантов. Я-то уверен, что тебя сбили намеренно. Хотя нам предстоит это доказать.
— Да, конечно, — согласился Воловод. — Я вышел из троллейбуса, спокойно шел по тротуару. И «пикап» этот я видел. Еще подумал: чего этот наглец стал на остановке, мешает же. Потом троллейбус, на котором я приехал, ушел, я стал переходить мостовую, а точнее, шаг или два сделал по проезжей части, не больше, как слышу сзади какой-то дикий рев мотора, оглянулся и… все, отключился
