Золото на крови

белое полотно реки.
— Ну-ка сверни налево, — велел он. — Есть одна идея.
По счастью, нам тут же подвернулась дорога, выходившая прямо на лед. Судя по обильным следам протекторов, этот спуск облюбовали любители рыбной ловли. Вырулив на лед, я проехал с полкилометра, пока Андрей не дал команду остановиться. Выскочив из кабины, я забежал вперед, открыл дверцу и помог Лейтенанту выйти из машины. Гранату он уже держал двумя руками.
— Блин, рука затекла, — пожаловался он и, подойдя к одной из многочисленных рыбацких лунок попросил: — Разбей лед.
Я пробил каблуком сантиметровый лед и голыми руками вычерпал из лунки осколки. При этом даже не обратил внимания на обжегший пальцы холод. Слишком велико было напряжение.
— А теперь вернись на берег и жди меня.
Я отъехал, правда, метров на пятьдесят, остановился и вылез из машины. В свете фар я видел согнувшуюся над прорубью фигуру Андрея, мне показалось, что он находился в таком положении бесконечно долго, но наконец Лейтенант разогнулся и со всех ног припустился бежать в мою сторону.
Я почувствовал ногами удар, словно в лед подо мной вдарили громадной кувалдой, затем донесся глухой гул, а за спиной Андрея из проруби взметнулся вверх мощный фонтан воды.
Лейтенант было упал, я рванулся навстречу, но он уже встал и не торопясь пошел ко мне. За это время нас еще плавно качнуло два раза, словно под нами прошла громадная рыбина, хребтом почесавшаяся об лед.
— Представляешь, еле руку разжал, так онемела, — торопливо заговорил Андрей, подойдя к машине. — Затекла и ни в какую. Боялся, что мимо лунки уроню.
Мы уселись в кабину и минут пять сидели, не говоря ни слова. Несмотря на холод, лоб Андрея покрывала испарина.
— Сейчас бы закурить, — наконец вымолвил он, потом вздохнул и велел: — Трогай.
— Куда?
— Поближе к железной дороге.
Несмотря на позднее время вокзал оказался забит густой толпой мужиков. Человек сорок, не меньше, одетых примерно так же, как и мы, тепло, по-рабочему. В помещении было сизо от дыма, толпа гудела на все голоса, смеялась, ругалась, взрывалась хохотом и отзывалась интенсивным матом. Мы с трудом пробились к кассе, и Андрей, стараясь улыбаться как можно ласковей усталой кассирше, спросил:
— Девушка, когда первый поезд на запад?
— Через шесть часов, — тусклым голосом отозвалась та.
У Андрея вытянулось лицо.
— А вообще первый поезд когда? — спросил он.
Женщина, ничуть не удивившись, ответила и на этот вопрос:
— До Владивостока через час, но он опаздывает на два часа.
— А на чем вообще можно от вас поскорей уехать?
— Если вам так срочно, то через полчаса будет электричка на север, до станции Лесная. Вон лесорубы на вахту едут.
— Нет, это нам не нужно, — вздохнув, отказался Лейтенант.
Мы отошли в сторонку.
— Что ж делать-то?.. — начал было Андрей, но вдруг переменился в лице и закончил совсем по-другому: — Здрасьте, давно не виделись!
Я оглянулся через плечо и увидел четверку наших приятелей-ингушей. Руслан успел накинуть сверху теплую куртку, но красные полы халата и синие тапочки с помпонами по-прежнему красовались на нем. К сожалению, они пришли не одни. Два милиционера под руководством мордастого приземистого майора в форменном полушубке с пристальным интересом разглядывали толпу. Пока они нас не заметили, мы с Андреем как два привидения скользнули за спины лесорубов.
Я мгновенно вспотел. Положение казалось безвыходным. Два милиционера охраняли выход из здания, а капитан и его носатые дружки прочесывали толпу.
— Дьявол, зря мы здесь оставили машину, — сквозь зубы выругался Андрей, стараясь пригнуться как можно ниже.
Между тем справа от нас вспыхнула небольшая перепалка. Руслан, обознавшись, резко развернул к себе высокого лесоруба.
— Ты что, бык?! Обурел совсем? — взревел верзила. — По харе давно не получал?!
— Извини, дарогой! — поспешно извинился ингуш. — Ошибся немного.
— Смотри мне! Налетели тут, грачи, житья не дают! — рявкнул явно поддатый лесоруб, оборачиваясь к своей компании.
Мы чуть отвлеклись на эту сценку и прозевали самое главное. Рядом с нами вынырнул из толпы самый молодой из кавказцев, схватил меня за рукав и радостно заорал:
— Э-э, Ру-услан, Ильгар, вот они!
Я растерялся, зато Андрей нашелся мгновенно. Он заорал во всю свою луженую глотку:
— Мужики, черножопые наших бьют! — и со всего маху заехал ингушонку в ухо.
Руслан дернулся было в нашу сторону, я даже успел встретиться с ним взглядом, но тут толпа взорвалась единым ревом, и чей-то могучий кулак опустился на его лощеное лицо.
Остальные кавказцы бросились