Июнь 1941 года, концлагерь на Новой Земле. Заключенные этого острова «Архипелага ГУЛАГ» люди особенные: шаманы, знахари и ученые-парапсихологи из спецотдела НКВД – противостоят магам из черного ордена СС.
Авторы: Маркеев Олег Георгиевич, Николаев Андрей Евгеньевич
окрашиваясь кровью, потекла по лицу. Секретарь пришел в себя и, судорожно схватив француза за рукав, прошептал:
– Qu’avec le prince?
– Malheureusement, il est mort
, – ответил офицер, взглянув на спешившихся егерей, окруживших коляску и неподвижно лежавшего на обочине Козловского.
– Il est nИcessaire de supprimer les papiers
, – едва слышно сказал Сильвестр, доставая изза пазухи блокнот.
– Ne s’inquiИtez pas, je ferai tout
, – успокоил его француз, поднося к сердцу правую руку с прижатыми к ладони пальцами.
– Благодарю тебя, брат, – прошептал Сильвестр.
Глаза его закатились, по телу пробежала дрожь. Офицер провел ладонью по его лицу, закрывая глаза и осторожно опустил на землю.
Когда Корсаков с казаками появились на опушке леса, все было кончено – егеря, раскрыв дорожные чемоданы, рылись в вещах, офицер, стоял чуть в стороне, спиной к лесу.
– Опоздали, – с досадой сказал Корсаков.
– Ничего, сейчас загнем им салазки, – пообещал Головко, – выстрелы слышали? Значит, карабины разряжены. Пики к бою, – скомандовал он.
Пятеро казаков молча вылетели из леса и, пригнувшись к шеям коней, понеслись на французов. Корсаков скакал впереди, чуть отведя саблю в сторону. Занятые дележом добычи, егеря заметили нападавших, когда они были в двух десятках шагов. Казаки вихрем налетели на заметавшихся французов.
Схватка была короткой. Головко на скаку метнул пику, пронзив кинувшегося к лошадям егеря. Ктото пытался отбиться саблей, но Корсаков выстрелом в упор уложил его, Митяй и Семен легко догнали двоих бросившихся к лесу, взметнулись сабли.
Офицер, успел вскочить в седло, но конь, получив удар пикой, встал на дыбы и сбросил всадника. Француз, поднявшись на ноги, выхватил саблю и, оскалившись, закружился, пытаясь помешать казакам приблизиться.
Корсаков выехал вперед.
– Он какието бумаги рвал, ваше благородие, вон, книжка валяется, – сказал Семен.
– Сейчас узнаем, что за бумаги. Князь жив?
– Преставился, царство ему небесное. Аккурат виском о камушек приложился, сердешный.
– Черт, – пробормотал Корсаков, – неужели он был прав. Самое время проверить свою судьбу. CИdez!
, – крикнул он, обращаясь к французу.
Офицер высокомерно усмехнулся.
– Jamais!
– Чего он говорит? – спросил Головко.
– Что не сдастся.
– Дело хозяйское, – пожал плечами хорунжий, – нука, ребята…
– Постой, – остановил его корнет, – так не годится. Хочет умереть, так я предоставлю ему эту возможность, – он спрыгнул с коня.
– Алексей Василич, да вы в уме ли? Никак поединок ему предложить хотите?
– А, вот проверю: может, мне только в карты не везет?
– Да что же это такое, господин корнет? Или вы и впрямь смерти ищете? – рассердился хорунжий.
– Не мешай, казак, – Корсаков отсалютовал французу, – Le cornette Korsakov, la garde impИriale le rИgiment de hussard
.
– Le lieutenant Djubua, la compagnie Иlitaire du septiХme konnorИgiment de chasseurs Ю pied
, – ответил француз, поднимая саблю.
– Тьфу, мать вашу, – выругался Головко, – так и знайте, господин корнет, о вашем поведении беспременно по команде доложу.
– Сделай милость, Георгий Иванович, доложи, – усмехнулся Корсаков, – а теперь не мешай.
Хорунжий сделал знак и казаки нехотя подали коней назад, освобождая место для поединка.
Корсаков воткнул саблю в землю, снял с плеча перевязь с лядункой
, не спеша расстегнул доломан
, снял и бросил его на землю. Следуя его примеру, француз освободился от мундира, оставшись в темнозеленом жилете и такого же цвета панталонах с белыми лампасами. Отстегнув от пояса ташку
и ножны, корнет положил их рядом с доломаном и, взяв саблю, сделал несколько «восьмерок», разминая кисть. Французский офицер проследив за ним с нехорошей улыбкой, также сделал несколько финтов оружием.
– Если со мной что случиться, – вполголоса сказал Корсаков, – офицера и бумаги доставишь полковнику Мандрыке
.
– Один на один, пешим, это не то, что рубка в бою, господин корнет.