Июнь 1941 года, концлагерь на Новой Земле. Заключенные этого острова «Архипелага ГУЛАГ» люди особенные: шаманы, знахари и ученые-парапсихологи из спецотдела НКВД – противостоят магам из черного ордена СС.
Авторы: Маркеев Олег Георгиевич, Николаев Андрей Евгеньевич
тоже рекомендую, – обратился он к Назарову, – летим без посадки.
– Да вроде пока не хочется, – пожал плечами Александр.
– Тогда все, по местам.
Взвихрился под винтами снег, напоминая взлет с Киевского аэродрома, поле опрокинулось, ушло назад. Летчик заложил крутой вираж, ложась на курс. В отличие от «Дугласа», на котором Александр летел из Парижа, в этом не было ни салона, обшитого бархатом, ни столика с креслами. По бортам стояли скамейки, а в проходе, закрепленные ремнями, лежали тюки с какимто грузом. К тому же Назаров уже в первые минуты понял, что шинель не спасет его от холода, тем более, что двигаться, для того, чтобы согреться, было негде. Он уже хотел попроситься к летчикам в кабину, когда из пилотской выглянул бортмеханик и подал ему огромный овчинный тулуп.
– Если все же замерзнете – заходите к нам, не стесняйтесь, – крикнул он, перерывая шум моторов.
Назаров укутался в тулуп и стал смотреть в окно. Собственно, глядеть было особенно не на что. Однообразные заснеженные поля, голые леса. «А ведь там, наверное, даже деревьев нет, – подумал он, вспоминая инструктаж комиссара, – и как же это меня угораздило? Какойто лагерь, ученые, профессора оккультных наук! Не верю я во всю эту чертовщину! Хотя, просто так не станут организовывать поселение, да еще за Полярным кругом. Ладно, на месте разберемся», – решил он, задремывая под монотонный шум моторов.
Внизу, насколько хватал глаз, простирались белые горы облаков. Назаров потер лицо, посмотрел на часы. Получалось, что проспал он почти четыре часа. Холод пробрался и под тулуп, оттогото видно он и проснулся. Александр сбросил тулуп, поднялся на ноги, помахал руками, согреваясь. «Нет, этак я еще до Новой Земли в сосульку превращусь, – решил он, направляясь в кабину пилотов».
– Ребята, – взмолился он, открывая дверь, – не могу я там больше. Пустите погреться.
– Заходи, божий человек, – сверкнул зубами пилот, – в тесноте, да не в обиде. Вася, организуй подогрев страннику.
Остальные три часа полета прошли в разговорах. Самолет оказался приписанным к Полярной авиации, несколько раз участвовал в доставке грузов на дрейфующие станции. Словом, пилотам было что рассказать. Назаров задал осторожный вопрос о Новой Земле.
– Есть такая земля, – подтвердил веселый летчик, сыпавший прибаутками через слово, – но летают туда только гидропланы. И то редко. Два длиинных острова, пролив между ними – Маточкин Шар. На южном острове, еще худобедно, жить можно. Дватри поселка, на берегу стойбища ненцев, но тоже немного. А на северном, кажется, вообще пусто. А, нет, поставили там пост наблюдения за ледовой обстановкой на входе в пролив и, вроде бы, на самой северной точке, мысе Желания, тоже есть метеостанция. Так вы туда собрались?
– Кто знает, куда служба человека забросит, – уклонился от ответа Назаров.
Приземлились уже в темноте на расположенный недалеко от Архангельска аэродром Ягодник. Самолет подрулил к двухэтажному деревянному бараку. Погода была безветренная, но мороз, градусов под двадцать, чувствительно пощипывал щеки. На краю поля Александр разглядел выстроенные тяжелые самолеты с накрытыми брезентом двигателями и кабинами.
– Новые военные машины, – пояснил летчик, – бомбардировщики. Мы и не подходим – охрана, как у мавзолея Владимира Ильича.
Пилот отметился у дежурного по аэродрому, попрощался с Назаровым и ушел на второй этаж. Александр понял, что барак служил и диспетчерской, и гостиницей одновременно.
Дежурный сообщил ему, что насчет него уже звонили и вотвот должна подойти машина.
Через десять минут в помещение ввалился угрюмый мужик в ватнике, спросил, кто тут Назаров и, кивнув, пригласил следовать за собой.
– Прямо от стола оторвали, – пожаловался он Александру, подводя его к полуторке, – у тещи именины, то, се. Только сто грамм принять успел за здоровье, как на тебе, бегут. Давай, говорят, в Ягодник. Замок там у меня сломался, – сказал мужик, видя, как Назаров хлопает дверью, пытаясь ее закрыть, – вы вон, проволокой перевяжите.
Со скрежетом воткнув передачу, он погнал машину прямо через летное поле.
– Срежем здесь, – пояснил он.
Через несколько минут полуторка выскочила на дорогу с отвалами снега по бокам и запрыгала в наезженной колее. Назаров приложился головой о низкую крышу, ушиб колено и, наконец, сказал:
– Слушай, друг, ты бы сбавил немного. Не скиснет без тебя водка.
– Что не скиснет, то да, – согласился мужик, чуть сбавляя скорость, – а вот тесть там, оо. Ведро выпьет и не чирикнет.
– Мы куда едем, в Архангельск?
– Нет, в Молотовск
. Сказано доставить тебя к западному причалу
