Золотые врата. Трилогия

наоборот сыпал шутками, рассказывал забавные случаи из студенческой жизни, но получалось у него натужно, будто за шутками он хотел спрятать беспокойство.
На платформе электрички Корсаков отвел Марину в сторону. Воскобойников за ее спиной умоляюще сложил руки, потом погрозил кулаком, но Игорь только усмехнулся.
– Марина, скажите, вы любите Пашку? – спросил он, внимательно глядя ей в глаза.
Она не опустила взгляд, но жаркий румянец покрыл ее щеки.
– Да, я люблю его, – сказала она с вызовом, – и что дальше?
– Ну, слава Богу, – сказал Корсаков, – тогда вот что я вам скажу: этот толстокожий, – он указал на маявшегося в нескольких шагах от них Воскобойникова, – кроме, как чинить всякое старье, в смысле реставрировать то, от чего другие бы с негодованием отказались, ничего больше не может. Я уверен, что ваши чувства взаимны, но если вы ждете, что он объяснится вам в любви, то вы глубоко ошибаетесь. Поэтому: берите быка, в смысле – Пашку, за рога и ведите его в стойло, в смысле – в загс. Я уверен, упираться он не будет.
Марина оглянулась на Павла. Тот сделал вид, что сильно заинтересовался маневровым тепловозом на соседних путях.
– Вы знаете, Игорь, я уже догадалась, что он, что называется, тюфяк. Особенно при общении с женщинами. Я не хотела навязываться – а вдруг я ему безразлична.
– Вовсе нет. Поверьте, он только и ждет первого натиска, чтобы сдаться на милость победителя. Если вы найдете в себе силы – действуйте.
Подошла электричка. Воскобойников стиснул Корсакова так, что у того затрещали ребра, напомнив про охранников Александра Александровича.
– Продал друга? – шепнул Павел.
– Не продал, а сдал в вечное пользование, – сдавленно промычал Корсаков, – пусти, убивец, а то на помощь позову.
Марина подала ему руку, твердо пожала, потом подалась вперед и чмокнула Корсакова в щеку.
– Спасибо вам.
– Не за что, – пожал плечами Игорь, – желаю удачи.
– Да, Игорек, если что – сразу возвращайся. Договорились? – Павел хлопнул его по плечу.
– Договорились, – успокоил друга Корсаков.
Уже из электрички, через стеклянные двери, он увидел, как Марина повернулась к Воскобойникову и требовательно о чемто спросила. Павел, слегка отступив под ее напором, развел руками и, судя по его несчастному виду, промямлил чтото невразумительное. Корсаков усмехнулся. Так и надо с Пашей. Хватит, погулял. Пусть хоть у него будет все в порядке.
В Москве шел мелкий дождь. Шлепая по лужам, Корсаков спустился в метро, купил телефонную карту и позвонил в пятое отделение милиции. Участкового на месте не оказалось. Голос дежурного показался Корсакову знакомым, но представляться он не стал и только спросил когда Сергей Степанович появиться в отделении.
– Месяца через три, – сказал дежурный, – в командировку посылают Сергея Степановича. А кто его спрашивает?
Корсаков повесил трубку и попытался вспомнить номер домашнего телефона Федорова. С третьей попытки он попал, куда хотел – Федоров сам подошел к телефону.
– Здравствуйте, Сергей Степанович, – сказал Корсаков.
– Здравия желаю, – буркнул участковый. Похоже, он был не в духе, – кто говорит?
– Ээ… помните, я както задал вопрос: к чему кандалы снятся?
В трубке долго молчали. Наконец Федоров откашлялся.
– Помню. Я еще ответил: к ним, кандалам, значит, и снятся.
– Надо бы поговорить, Сергей Степанович. Вы моя последняя надежда.
– Поговорить не помешало бы, – согласился Федоров, – только запарка у нас на участке. Пожар, да еще и убийство в придачу. Начальство озверело, понимаешь ли. Всех на ноги подняли – убийцу ищем.
Что– то не так, подумал Корсаков. Он завтра уезжает, значит его к расследованию не привлекают. Ага, он дает мне понять, чтобы я к Арбату и близко не подходил, но неужели дошло до того, что его телефон могут прослушивать?
– Сергей Степанович, может, всетаки выкроите время – уж очень хотелось бы встретиться. Я ведь понимаю, вы домой на минутку заскочили…
– Правильно понимаешь. Работы по горло. Как в прошлом году. Помнишь?
Игорь попытался понять, к чему клонит Федоров. То, что днем появляться на Арбате нельзя, да и вечером тоже не стоит – это понятно, но с другой стороны, Корсаков в районе каждую подворотню знает. Если Федоров всетаки решит его сдать, то больше надежды уйти через знакомые проходные дворы. А что это в прошлом году случилось?
– Это когда азеров с наркотиками накрыли? – как бы вспоминая спросил Корсаков.
Торговцев героином взяли с поличным при сделке возле гостиницы, в одном из Арбатских переулков. Федоров должен был понять намек. Так и случилось.
– Точно, накрыли голубчиков, – проворчал участковый, – побегали