Золотые врата. Трилогия

оглядевшись, как будто опасалась посторонних ушей, сказала бабка.
Корсаков почувствовал, как перехватило дыхание. Он откашлялся.
– Неужели за границу опять уехал? – спросил он, как бы недоумевая.
– «Скорая» его увезла. Только вчера вот, рано утром. Мы как раз в магазин собрались, – старушки закивали, соглашаясь, – вдруг «скорая помощь» подкатывает и спрашивают его квартиру. Мы подождали, а они вскорости выносят друга твоего на носилках. Белый, как простыня, стонет, избитый весь, руки забинтованы…
– О, Господи… – пробормотал Корсаков, – может он упал просто? Ну, выпил, поскользнулся.
– Нет, – бабка поджала губы, – он, конечно, любил загулять. Богатый был, хоть и запойный. Иной раз всю ночь куролесил, но чтобы так… Напали на него прямо в квартире. Уж не знаю, кто приходил к нему – у нас уже участковый спрашивал, а только сам он так изувечить себя не мог. Участковый сказал – руки ему поломали. Ночью чегото гремело у него, будто мебель падала – я как раз под его квартирой проживаю. Уж хотела идти к нему, да посовестить – ведь люди спят, а вот не пошла – Бог уберег. Не то и меня бы, как его, – она покачала головой. – В собственном дому убивают, а правительству хоть бы хны! Так что ищи своего друга в больнице, парень.
– А в какую больницу отвезли?
– Да кто ж его знает, – бабка пожала костлявыми плечами, – это в «скорой помощи» узнавай.
Корсаков поблагодарил словоохотливую старушку и побрел к бульвару. Кому мог помешать художник Леонид Шестоперов? Тем более что в России его знали только большие специалисты по постсоветскому искусству. Конкуренция отпадает сразу, стало быть ниточка протянулась от банкира. Он мог под пыткой упомянуть Шестоперова… но что им надо от Лени и кто же это такие? Может, они и сейчас наблюдают? Корсаков почувствовал, как по спине побежали мурашки – двор был весь в зелени, народу мало. Затащат в машину и пикнуть не успеешь.
Он ускорил шаги. Ясно одно – Анюту втягивать в эти сомнительные разборки нельзя! Лучше всего, если она забудет, кто такой Игорь Корсаков. Ну, мало ли на ее небольшом веку было сексуальных приключений? Вот и еще одно. Однако он понимал, что их встреча не случайна – под влиянием последних событий чтото изменилось в его ощущениях. Не то, чтобы он поверил в разные мистические совпадения, вроде сходства портретов, но червячок сомнений закопошился в душе – уж очень все сходилось один к одному.
Красная Daewoo стояла там, где он ее оставил. Анюта, опустив стекло, курила. Увидев его она выскочила из машины.
– Ну, что?
– Ничего. «Скорая помощь» его увезла.
– А что с ним случилось? Давай по больницам поищем, – предложила девушка, – садись в машину.
– Нет, – Корсаков огляделся. Уже одно то, что они стояли у всех на виду и разговаривали было плохо. – Ты едешь домой и сидишь тихо, как мышка. А еще лучше – позвони отцу и пусть он пришлет тебе охрану.
– Не нужна мне охрана, – возмутилась Анюта. Щелчком выбросив окурок, она подбоченилась, – я не девчонка сопливая, я в таких переделках бывала, что ты…
– В каких ты переделках бывала, я не знаю, – обозлился Корсаков, – ты думаешь, если пару раз покурила «травку» и напилась в компании таких же недорослей, то ты все познала? Если папа заседает в Думе и раскатывает с охраной – ты крутая? – он взял ее за локоть и крепко, до боли сжал, – от горшка два вершка, ведешь себя как девка подзаборная, а туда же: дама высшего света, никто тронуть не посмеет!
– Зачем ты так, – Анюта заморгала, губы ее скривились, – я же с тобой хочу, я люблю тебя…
– Ты только что Владика любила, – напомнил Корсаков.
– Это… – Анюта всхлипнула, – это ошибки молодости. Я просто хотела, чтобы ты приревновал меня к нему.
– Интересный способ привлечь мужчину, – проворчал Корсаков.
– Я больше так не буду… – лицо девушки некрасиво скривилось, она закрыла его ладонями и разрыдалась в голос.
– Нуну, тихотихо, – Корсаков привлек ее к себе, обнял. Детский сад какойто.
Проходящая мимо женщина сурово посмотрела на него.
– Брось ты его, дочка, козла небритого! Помоложе найдешь!.
Корсаков отмахнулся от нее.
– Садись в машину, – он открыл дверцу машины, – садись, кому говорю!
– Не поеду без тебя, – Анюта вцепилась в его толстовку и прижалась лицом к груди. – Не поеду… не хочу… Игоорь…
Кое– как он усадил ее за руль, обежал машину и сел рядом. Она потянулась к нему, обхватила руками за шею, как ребенок.
– Не бросай меня, я… я так хотела, чтобы ты был рядом… Игорь! Не бросай!
– Не брошу, Анюта, девочка моя. Конечно не брошу. Ты пойми, со мной рядом сейчас опасно. Как только все успокоится, мы будем вместе. Хочешь, я даже с твоим отцом подружусь? Ну, хочешь?
Анюта улыбнулась сквозь