Золушка нового тысячелетия

На груди таинственно посверкивал бабушкин подарок. «Права была Ева, действительно, тот же оттенок, что и у глаз», — Лина послала своему отражению воздушный поцелую.
   — Доча, не пугай меня, какие дети?! — Наталья Павловна с волнением посмотрела на младшего ребенка. — А вот вам, девушка среднего возраста, пора уже озаботиться этим вопросом, — она приобняла за талию Еву, которая, к всеобщему удивлению, этот выпад никак не прокомментировала, просто чмокнув мать в лоб. — А где ваши двое из ларца?
   — Опаздывают, — Линка казалась ничуть этим не удивленной. — Ира звонила, сказала, что они сразу в клуб подъедут.
   — А теперь серьезно. — Мама внимательно и строго посмотрела на дочерей. — Я вас очень прошу — ведите себя прилично. Хоть Володя и наш хороший друг, но, думаю, он не обрадуется, если вы разгромите его клуб. Поэтому, пожалуйста, на стойке бара не танцевать, — Лина виновато вздохнула. — И к посетителям с предложением устроить конкурс спонтанного стриптиза не приставать! — теперь стыдливо опустила глаза Ева.
   — А папа в курсе?.. — затаила дыхание Линка.
   — Пока нет, но…
   — Мы всё осознали и постигли глубину нашего морального разложения, — четко, как на митинге, отрапортовала Ева. — Ты из нас прям каких-то дебоширок сделала. Мы будем вести себя как выпускницы школы благородных девиц! — она незаметно наступила на ногу выпучившей от такого заявления Светке.
   — Надеюсь, — проворчала немного успокоившаяся мама. — А тебе вообще лучше бы дома сидеть, а не по злачным местам шататься! — это уже Юле.
   — Теть Наташ, это у меня последний шанс нормально отдохнуть. Никита сказал, что с завтрашнего дня ограничит все мои светские мероприятия прогулками в парке и вязанием пинеток в школе для будущих мам. У меня и сегодня-то лимит времени только до полуночи.
   — А в двенадцать часов платье превратиться в лохмотья, а ты в тыкву. Хотя, ты уже и сейчас на тыкву похожа, — кивнула на животик Ева, но тут же исправилась, — ладно, не расстраивайся, пока ты тянешь только на дыньку…
   — Идите уже, гулены, вас папа отвезет. А обратно — только на такси, узнаю, что вы под утро шли пешком по подворотням — уши надеру, — заключила мама, спроваживая девушек за порог.
   — Есть, херр майор! — переглянувшись, гаркнули Ева с Линкой.
   Наталья Павловна из окна наблюдала за процедурой погрузки девушек в машину — они никак не могли решить, кто поедет на переднем сиденье. Через пару минут отцу это надоело, и он предложил замолчать и занять места согласно купленным билетам, в противном же случае пообещал уложить их штабелем в багажник. Подружки прониклись и, наконец, расселись.
   Марина все никак не могла решиться набрать номер Вадима. Она уже несколько раз за сегодняшний день нажимали на вызов абонента «Любимый», но сразу же давала отбой. Ещё ни к одному парню она не испытывала такую гамму чувств — от дружеской привязанности до страсти и щемящей нежности. И с каждым днем ей становилось все хуже. После их ссоры, у Маринки появилось ощущение, что она лишилась какой-то части своего тела. Пока она, эта часть, при тебе, её совершенно не замечаешь, но стоит потерять — до конца жизни останешься инвалидом.
   Она внимательно разглядывала маленькую «Нокию» и снова не набралась смелости позвонить. Бросив в сердцах мобильник в сумочку, она старательно расправила складочки на подоле. «Зачем меня Линка попросила надеть это платье? Она же его и видела-то всего один раз…», но, тем не менее, Марина послушалась подругу.
   — Ты ещё долго? — застучала в дверь ванной злая Ира. Судя по грохоту, стучала она ногой.
   — Ещё минуточку…
   — Я это слышала полчаса назад! Имей совесть, выметайся!
   Марина задержала вдох, как перед прыжком с тарзанки, и дернула задвижку. Резкий рывок едва не сорвал дверь с петель, и внутрь взъерошенным вихрем влетела её близняшка.
   — Ты совсем уже оборзела! Нам выходить через несколько минут, а у меня ещё ноги не бритые! — злилась Ира, выталкивая сестру в коридор.
   — Ты же собиралась в длинной юбке идти, так что можешь дальше шесть отращивать.
   — Ну и что, вдруг решу особо страстный танец изобразить, а у меня ноги, как тот самый шмель, который на душистый хмель?! Что обо мне люди подумают — что я с зимы не вылиняла? А вдруг кто впадет в культурную кому?
   — Линка будет рядом, авось откачает особо впечатлительных…
   Ира только укоризненной посмотрела на сестру и захлопнула перед ней дверь.
   Нельзя сказать, что Стас места себе не находил от предвкушения, но в течение дня периодически ловил себя на мыслях об этой мелкой заразе. Хотя, какая она теперь мелкая? Многие женщины в её возрасте уже имеют детей. Но представить Линку взрослой, а тем более матерью семейства, не хватало