Золушка нового тысячелетия

к корпусу универа и, сидя в машине, поняла, что достаточно сейчас вернуться домой, закрыться в гараже и оставить двигатель машины заведенным. Говорят, смерть от отравления углекислым газом довольно быстрая и безболезненная…
   Ева продолжала сидеть, как замороженная, с застывшим лицом, не обращая внимания на судорожный всхлип сестры и катящиеся по её щекам слезы.
   — Не знаю, как он тогда догадался, но Стас вытащил меня из машины, поволок в мужской туалет и сунул мою голову под холодную воду. Наверное, другие посетители сортира сильно удивились при виде этой картины, — невесело усмехнулась она. — Он тогда первый раз на меня голос повысил. Орал так, что охрана прибежала, думали, что кого-то убивают. Короче, если опустить мат, которым он меня покрыл сверху донизу, он предупредил, что если ещё раз такое выражение на моем лице увидит, лично в психушку отвезет… И, знаешь, у него было так выглядел, что я ему сразу поверила.
   Ева снова замолчала и, не разжимая объятий, начала потихоньку раскачиваться из стороны в сторону. Лина плакала уже не таясь, только пыталась всхлипывать потише.
   — В общем, когда мне врач сказала, что у меня беременность девять недель, я только тогда очнулась. Ощущение было такое, как будто меня по голове бревном треснули. И я испугалась. Ну, куда мне в таком состоянии ещё и ребенок. Гинеколог предложила аборт, и я согласилась. Стасу ничего не говорила, он сам все понял. Он только спросил: «Ты уверена?», а я в ответ кивнула. Ты бы видела, какими глазами на него смотрели медсестры, когда он приехал забирать меня после операции. Если бы взглядом можно было кастрировать, он бы уже давно сопрано пел, — измученно засмеялась Ева, тряхнув волосами. — Такая вот невеселая история. Эй, ты чего ревешь? Я уже пережила это всё, в себе переварила.
   — Ты когда-нибудь жалела о своем решении?
   — И да, и нет. Да — потому что теперь боюсь, что в наказание за этот грех, у меня больше не будет детей. А не жалела, потому что Агеев меня очень сильно обидел. Я слышала, что когда ребенок рождается, мать забывает обо всем. Но, вдруг, я бы не смогла и всю жизнь винила бы своего ребенка за грехи его отца?! Да и потом, я хочу, чтобы у моих детей была нормальная семья, в которой не нужно ждать выходных, чтобы увидеть папу. И, ты знаешь, я достаточно насмотрелась в своей практике на разрушенные семьи, чтобы решить, что все-таки я сделала правильный выбор…
   — Почему ты никому из нас ничего не сказала?
   — А чем бы вы мне помогли? Ты тогда школу заканчивала, своих проблем много было. А если бы родители узнали… Папа Димку и так пристрелить хотел, а если бы я ещё рот открыла… Это насекомое недостойно того, чтобы моего отца судили за его убийство! — неожиданно жестко и холодно закончила Ева. — Систер, у меня к тебе просьба.
   — Все, что угодно!
   — Я хочу, чтобы ты забыла этот разговор, как будто его и не было.
   — Почему?
   — Потому что те, кто говорит, что если своей болью поделится — она уменьшиться, нагло врут. Меньше не становится и быстрее не забывается. Просто со временем становится не такой острой. Ну, так что, сможешь забыть?
   Младшая помолчала несколько минут, пытаясь восстановить дыхание и успокоиться. И только когда у неё это получилось, ответила:
   — Забыть — нет, а вот сделать вид, что забыла — смогу. Знаешь, мне кажется, что Стас в тебя влюблен…
   — Перекрестись! — фыркнула Ева. — Мне тоже так казалось. Я даже попыталась его соблазнить через несколько месяцев после этого.
   — И как? — Линка сейчас готова была убить себя за этот вопрос. Она не могла простить себе, что ничем тогда не помогла сестре, но, вместе с тем, внутри у неё что оборвалось, когда она услышала последнюю фразу сестры. Потому что в её отношениях с мужчинами было одно табу — парни сестры и подруг неприкосновенны!
   — Да никак!
   — Что, не сдюжил парнишка?
   — Ох, это был один из главных обломов в моей жизни. Я приготовилась по полной, морально настроилась… А когда начала раздевать обалдевшего Стаса, он наорал на меня второй раз.
   — А чем недоволен-то был? — теперь в душе младшей возмущение боролось с надеждой.
   — Если в двух словах, то он меня считает кем-то вроде сестры, а склонности к инцесту он не имеет. Кстати, почти дословная цитата! Когда он учился на первом курсе, у него родители развелись, поэтому все чувства и симптомы ему были хорошо знакомы. Вот и получилось, что я разбудила в нем братские чувства.
   — Ничего себе…
   — Согласна, — Ева немного отклонилась назад и, внимательно посмотрев сестре в глаза, подмигнула. — Куда бутылку спрятала? Мне нужно нервы успокоить.
   Линка глубоко вдохнула и, уважая просьбу сестры, начала симулировать частичную амнезию, потому на требование