Золушка нового тысячелетия

   — Я так понимаю, что о моем визите Ангел не знает? — хмыкнул Стас, разуваясь. — И не стыдно так с сестрой поступать?
   — Если бы ты узнал, чем она меня сегодня утром напоила, удрал бы, забыв обуться! — заверила его старшая, осторожно выглядывая в коридор, но Линка так зарылась в коробки, что к их разговору не прислушивалась. — Ты когда-нибудь пробовал смесь кофе с колой? Только представь богатство вкуса!
   Стас скривился, но хмыкнул:
   — А чего представлять, я это пару раз даже пробовал. Гадость неимоверная, но если нужно всю ночь бодрствовать — вещь незаменимая!
   — Она туда ещё и лимонный сок добавила!
   — Затейница какая!
   — Мне страшно находиться с вами в одном помещении. Вы оба извращенцы. И ты даже больший — все-таки, по собственной воле эту будру пил, — пояснила Ева в ответ на вопросительно приподнятую бровь.
   — А сама она как с похмельем боролась? — как бы невзначай поинтересовался Стас. Не хотелось бы, чтобы его девушка пила, как лошадь.
   — Никак. Линка у нас на алкоголь слабенькая — пьянеет быстро и плохо ей потом, поэтому бокал поднимает редко и чисто символически. Если она и знает, что такое похмелье, то чисто теоретически, — отмахнулась она, но на удовлетворенное выражение лица парня внимание обратила. — Информацию собираешь?
   — Естественно. Мы дальше пройдем или так здесь и будем шептаться?
   Словно в ответ на его вопрос, из комнаты донесся недовольный голос Лины:
   — Ты долго сачковать собираешься? Не хочешь ручками работать, иди сюда, будешь оказывать моральную поддержку, а то мне скучно!
   «Ща я тебя развеселю!» — предвкушающее подумала Ева и, подмигнув Стасу, пригласила его пройти по коридору.
   Лина предполагала, что переезд занятие хлопотное, но даже не представляла насколько. Гостиная напоминала что-то среднее между чердаком рачительной бабуськи, за всю жизнь не выкинувшей ни одной, даже испорченной, вещи и стоянкой цыганского табора.
   Линка, стоя на табуретке, как раз оглядывала комнату, как Наполеон — Багратионовы флеши, когда Ева, закончив шушукаться с кем-то в коридоре, появилась в дверях с подозрительно довольный выражением лица и ласково пропела:
   — Я тебе помощника привела. Скажи, что твоя сестренка — умница!
   — Умница, — согласилась Лина. — А кто это там такой добр…
   Ева отступила в сторону, пропуская вперед Стаса. Парень на секунду замер, сраженный Линкиным оригинальным нарядом, но быстро пришел в себя:
   — Ну, здравствуй, Ангел!
   Лина непонимающе моргнула, осмотрела парня с ног до головы, и, сделав шаг назад, подтвердила это имя, отправившись в полет. С табуретки.
   У него что-то оборвалось внутри, когда Лина пошатнулась и, тоненько взвизгнув, навернулась со стула. Стас не успел задуматься о том, что делает, двигаясь на чистых инстинктах.
   Один рывок — он обхватил талию Линку ладонями, второй — разворот корпуса и смещение рук. Падая, он подставил правую ладонь под поясницу девушки, а левую — под голову, чтобы она не треснулась затылком, и постарался принять весь удар на свое бедро. Почти получилось. Почти — потому что Лина все-таки умудрилась попытаться вывернуться из захвата, в результате чего крепко приложила его локтем в солнечное сплетение. Черт, больно!
   Линка не успела ничего понять. Вроде секунду назад все было нормально, а теперь она лежит на полу, прижатая нехилым весом Стаса. И хотя он постарался сделать так, чтобы она была по максимуму ограничена от контакта с полом, Линка все равно умудрилась слегка ушибиться копчиком. Но по сравнению с прочими ощущения, это просто мелочи.
   А приятно все-таки… Не привыкшая врать себе, она честно признавала, что её к нему не просто тянет, а офигеть как влечет!
   — Твою мать! Вы живы?! — бледное лицо Евы замаячило над плечом Стаса. — Чего молчите?! Хватит меня пугать!
   — Да нормально всё, — отозвался парень, даже не делая попытки встать. — Сейчас немного полежим, отдохнем и с новыми силами начнем работать.
   — Да?! — Ева с сомнением оглядела составленную из этих двоих живописную композицию типа «пирамида». — Ну, тогда не буду мешать! — хмыкнула она, постепенно возвращая нормальный цвет лица. — Я на улице родителей покараулю.
   Старшая сразу просекла, что как только сестра немного придет в себя, первой мыслью будет — а как, собственно, Стас узнал, где её искать?
   — Вернись, зараза! — немного придушенно крикнула ей вслед Линка, но ответом ей стал звук закрываемой двери.
   Тишина в квартире нарушалась только их негромким дыханием и отдаленным детским смехом, доносившимся из открытого кухонного окна.
   «А ситуация-то какая двусмысленная… Думай о чем-нибудь постороннем, а не о том,