Золушка нового тысячелетия

не была. Инспекторы районного ДПС уже начинали вздрагивать, когда видели её машину.
   — Благослови Господи не задавить никого!
   — И задний бампер никому не подставить! — добавила Ева, лихо выруливая на проезжую часть. Сзади истошно заверещал сигнал клаксона, и взвизгнули тормоза.
   *****************
   Девушки решили почтить своим вниманием новую кафешку «У Фродо». И были глубоко разочарованы, не обнаружив там не то что Око Саурона или хотя бы конницу Рохана, а даже самого завалящего хоббита.
   — Круглые двери — вот и все Средиземье! — фыркнула Лина.
   — Откуда ты знаешь? Может, ещё мохнатые ноги у официантов, — хихикнув, добавила Ева и начала пытать подбежавшую девушку на тему калорийности блюд.
   Зачем сестра периодически сидит на зверских диетах, Лина не могла понять довольно долго — вдвоем сестры с трудом дотягивали до 100 кг. Однажды Ева объяснила, что когда она голодная, то злая, и теперь перед решающими адвокатскими сражениями она затягивали пояс потуже и баловала себя исключительно салатом, яблоками и прочим силосом. При этом доставалось не только коллегам, но и невинным окружающим, поэтому, когда Ева переходила на подножный корм, знающие люди старались держаться от нее подальше.
   — Девушка, а сколько калорий в побеге сельдерея?
   Официантка махнула ресницами и открыла рот. Закрыла. Ещё раз открыла. Хлопнула глазами.
   Лина поняла, что ещё минута, и она почувствует себя, как глухой на концерте хора Турецкого. При этом слова сестры так запали ей в душу, что она невольно начала коситься на торчащие из-под короткой черной юбки коленки.
   Официантка, заметив этот странный взгляд, окончательно растерялась и перестала моргать, изобразив удивленную рыбку-телескопа.
   — Она пошутила! Принесите нам два черных кофе без сахара.
   Работница общепита отмерла и, одарив Лину подозрительным взглядом, умчалась подальше от странных посетительниц.
   — Умеешь ты, Бяка, людей в ступор вогнать.
   — От тебя она вообще шарахнулась, как от инспектора Роспотребнадзора. Ты что так плотоядно на её ноги пялилась?
   — Шерсть искала, — честно призналась Лина.
   Ева хрюкнула от сдерживаемого смеха:
   — А если бы к нам паренек-халдей подошел, ты бы к нему в штаны полезла эпиляцию проверять?
   — Зачем сразу в штаны? Можно попросить брючину закатать.
   Когда официантка, опасливо косясь, сгрузила их заказ и торопливо скрылась, девушки уже закончили хихикать и чинно сидели за столиком с торжественными лицами.
   — Итак, Евангелина Александровна…
   — Я Вас внимательно слушаю, Ева Александровна!
   — Не перебивай старших, а то подзатыльник дам! На чем я остановилась? Ах, да… В этот торжественный день я хочу вручить Вам целых два подарка, — Ева хитро стрельнула глазами на сестру. — И учти, их можно получить только в комплекте — откажешься от одного, пролетишь и с другими.
   Слова сестры откровенно настораживали. Последний раз таким же тоном Ева лет семь назад подговаривала Линку слазить в фермерский сад за яблоками. Дедушка-сторож оказался тем ещё живчиком и долго гонял их между деревьями, размахивая солдатским ремнем со звездой на бляхе. Лина оказалась менее расторопной, и поймал он именно её. Что было дальше, девушка вспоминать не любила, но Ева потом долго ржала, смазывая ей пострадавшее мягкое место мазью от синяков и приговаривая: «Хреновый из тебя коньяк — всего-то три звездочки».
   — Ладно, давай свою подставу, — решилась, наконец, именинница.
   — Пункт первый — годовой абонемент в «Platinum-Fitness».
   Лина взвизгнула и кинулась душить сестру в объятиях. Это был лучший фитнесс-центр города: тренажерка, бассейн, SPA-салон, все виды косметических услуг… Короче, женский рай. Абонемент, а тем более годовой, стоил весьма немалых денег.
   — Пусти, сумасшедшая, задушишь! А теперь второй номер нашего шоу, — Ева замолчала, предлагая сестре самой домыслить размер предстоящего западла. Лина затаила дыхание. — На следующих выходных ты вместе со мной участвуешь в спортивно-развлекательном мероприятии типа «Зарница»!
   — Чего? — почему-то басом вопросила девушка.
   — В пейнтбол с моей командой сыграешь, — Ева уставилась на сестру блестящими от предвкушения глазами.
   И сестра не обманула её ожиданий:
   — Бяка, ты совсем рехнулась с голодухи?! Я даже октябренком не была, а ты мне пионерскую юность предлагаешь вспомнить? Это ты у нас, если раз в неделю 5 кэмэ на пузе по свежему чернозему не сделаешь, начинаешь терзать себя морально, а других физически. А я девушка городская и теряю ориентировку на местности, даже когда на Новый год хоровод вокруг елки вожу!